Главная Общество Дети придорожные…
05.03.2013
Просмотров: 819, комментариев: 4

Дети придорожные…

Для обычного человека, живущего в нормальной семье, порой совершенно непонятны иные житейские коллизии. Что говорить, в любой семье всякое бывает. Провинилась обласканная родительской любовью дочурка, отругали её, и за дело, а она нет, чтобы попросить прощения и над поступком своим задуматься, дабы не повторять впредь, решает «скандальный вопрос» кардинально, с присущим подростковым максимализмом: с грохотом разбивает керамическую копилку-кошечку. При этом по всему полу раскатываются скопленные с прошлого дня рождения десятирублёвые монетки. Торопливо и со злостью она собирает их, потом хватает плеер со своего компьютерного стола и только когда извлекает из серванта свой новенький паспорт (всего полгода назад получила главный документ гражданина России), родители почти в один голос задают вопрос: «Это ты что надумала?!» Но дочь им свою уже не остановить. Она одевается и уходит, на ночь глядя, в никуда…

Одни через сутки - двое возвращаются сами, другие по друзьям и знакомым «болтаются» по целой неделе, доводя обеспокоенных родителей до сердечных пилюль. Есть и те, которых дяденьки в погонах приводят в свои участки с вокзалов, из подвалов, снимают с поездов… Как правило, сбежавшим из родного дома «путешественникам» самим не нравится такая жизнь. Но так хочется доказать самой себе: я уже взрослая! Я самостоятельная!..

Но не этих детей и подростков называют беспризорниками. Этим беглецам на скамейках в городских скверах снятся сны про дом, с тёплой чистой постелью ночью и горячим чаем с мамиными пирожками утром. Рано или поздно наступит момент, когда неожиданно для самой себя девочка окажется перед дверью своей квартиры и, постояв с минуту, всё-таки нажмёт на кнопку звонка. Страшно подумать, что есть другие дети, которые живут рядом с нами, но своим родным домом считают улицу, подвал, чердак… Сколько их? Трудно сказать. По последним официальным подсчётам , беспризорных детей в стране примерно 750 тысяч. Беря во внимание допустимую статистическую погрешность и неучтённых «сорванцов-подпольщиков», таких российских детей миллион. Однако независимые организации, радеющие за детей и их будущее, называют 2 миллиона.

Не пора ли всем миром взяться за то, чтобы каждый, абсолютно каждый ребёнок был под ПРИЗОРОМ взрослых? Как много сейчас тех детей, которые нуждаются в заботе и внимании, учении и воспитании. Получив всё это в детстве, только тогда маленький человечек пойдёт по жизни правильным путём. Без этого едва ли жизненная дорога будет счастливой. А пока что этих детей я бы назвал ПРИДОРОЖНЫМИ. Живут себе на обочине. Вроде бы и рядом и, в то же время, не с нами…

Сегодня я расскажу вам одну грустную историю. Как хочется добавить, что она со счастливым концом. Но у нас, увы, не рождественская сказка, а реальная жизнь. В ней всё намного сложнее и, к сожалению, не всегда и не всё благополучно складывается.

Пожалуй, сказать невозможно, когда у этой истории сюжет закрутился странной спиралью. Даю слово, что рассказ мой – невымышленный, вот только из понятных соображений не хочу называть название населённого пункта и настоящие имена действующих лиц.

В одном населённом пункте, недалеко от Сосногорска, жила-была девушка Олеся. Отец рано умер, а мать, слава Богу, жива до сих пор. Но есть у пожилой женщины один недостаток: может она распечатать бутылочку, несмотря на то, что вроде бы и повода нет и день не примечателен праздником. Олеся всегда была противницей спиртного, поэтому, выйдя замуж, строить семейную жизнь стала по своим правилам. У семьи появилась своя квартира. Без особых удобств, в деревянном четырёхквартирном доме, но – ключевое слово – СВОЯ. Про мужа Олеси Михайловны мы говорить не будем, его роль в создании семейного счастья и благополучия нам неведома. Известно одно: 12 лет назад в семье родился первенец, а через 6 лет у сына появился братик. Со временем так получилось, что растить и воспитывать двоих детей (назовём их Гришей и Ваней) пришлось только маме. Известная картина. Тысячи матерей-одиночек поднимают детей и отправляют, благословив, в большую жизнь. В большинстве своём женщины во главу угла ставят своё материнское предназначение, живут ради ребёнка, двоих детей, а то и троих. Вот только Олесе такая перспектива показалась неприемлемой. Она сразу выстроила свой распорядок течения жизни, где она – сама по себе, а дети – сами по себе.

Чужая жизнь в посёлке, даже в большом, как на ладони, от людей не скроешь. Вот и в этом случае многие с тревогой следили за неблагополучной семьёй. Конечно, не одна она такая. Есть и на соседней улице, что греха таить. Но там родители ребёнка ударились в пьянку, а это трясина такая, из которой трудно выкарабкаться. Чтобы спасти дитя малое, немало сил разные люди приложили, но, как выяснилось, без толку. Тогда пошли на последний шаг – лишили пьяниц родительских прав. А как быть с Олесей? Посмотришь на неё на улице, и в голову не придёт, что эта женщина – хозяйка никакая, мать никакая тем более. Да и как можно подумать, если перед вами предстанет женщина вполне ухоженная, всегда абсолютно трезвая, разъезжающая за рулём собственного автомобиля, да, к тому же, узнаете, что трудится она одновременно на двух работах.

Но вот что рассказывает социальный работник, посетивший квартиру в составе комиссии, в которую кроме неё входили педагоги и представители правоохранительных органов: - То, что мы увидели, трудно передать словами. Начну с того, что как только распахнулась входная дверь, нас обдало такими зловонными запахами, что одна из проверяющих извинилась, но не смогла переступить порог. У неё было предобморочное состояние. Впрочем, сделать это физически было не так-то просто: всё жильё, начиная с прихожей, завалено хламом. Если кто-то представляет городскую свалку, так тут как раз мини-свалка, ограниченная стенами отдельно взятой квартиры. Вперёд пропустили полицейского – участкового инспектора, который дважды упал, добравшись до середины комнаты… Надеюсь, вы понимаете, что нормально жить в таких условиях невозможно. Негде здесь повернуться. Ни поиграть детям, ни заниматься, ни спать по-человечески нет возможности. Да и питаться тоже. Впрочем, еды не было абсолютно: кастрюли пусты, холодильник пуст. Поэтому мы приняли решение забрать детей в детское социальное учреждение. Хотя бы на то время, когда мать приведёт жильё в должный порядок, создаст в семье ту обстановку, в которой её дети будут сыты, чисты, ухожены.

Младший, Ваня, знает, что такое чистая кроватка и сытный обед. Знает, благодаря тому, что посещает детский сад. Рано утром приходит в садик, а вечером возвращается домой. Впрочем, тянет ли домой? Нет, конечно. Болтается на улице. Как и его старший брат. Гриша несколько классов одолел в одной из сосногорских школ, но в прошлом году силы терпеть его у педколлектива иссякли, он был переведён в школу родного посёлка, о чём сосногорские учителя до сих пор вспоминают с радостью. А вот сельским педагогам не позавидуешь. Я попросил немного рассказать о нём. Ответ получил ожидаемый: мальчишка совершенно невоспитанный, учиться не хочет. Но никаких задержек умственного развития у него нет, значит, это всего лишь лень и развязность. Он может позволить себе встать среди урока, ходить по кабинету, подойти к доске, написать, что в голову взбредёт. На уговоры и замечания отвечает грубо и дерзко. Вот такое единодушное мнение о нём учителей. И ещё. Гриша не раз замечен в воровстве…

Отказались ли учителя от идеи учить его азам наук и прививать навыки воспитанного человека? Нет, не отказались. Но они понимают, что в одиночку, усилиями школы, им одним не справиться. Чувствуют, что и мать Гриши им не помощница. Вот почему они ходатайствовали, добиваясь, чтобы дети обрели новый (пусть и казённый) дом. Говорят, будто «в родной избе, рядом с матерью да при отце, лучше, чем в золотом дворце». Ой, красиво сказано, только не подумали народные мудрецы, что бывают исключения. Как в любом правиле. И, похоже, у нас как раз такой случай, когда родной дом детям не мил.

В новой для себя школе Гриша учёбу забросил быстро. Утром встаёт, собирает сумку с тетрадками, идёт в сторону школы – всё честь по чести. Вот только звонок на урок звенел не для него. Где он пропадал, известно только ему самому. Всякий раз в такие дни встречались ему неравнодушные люди. Один окликнет, мол, почему не на занятиях? Соврёт в ответ. То плохо чувствует – отпустили, то братик заболел. Другой, сердобольный, и покормит. От еды Гриша не откажется никогда. Он и деньги, которые «плохо лежат», мигом утащит только ради еды. Покупал хлеб, лимонад, сладости. С братом делился, не забывал Ваню. Эта скверная привычка брать не своё, можно сказать, разлучила их с родной бабушкой. Та хоть и выпивает (не забыли ещё?), но плохой хозяйкой назвать её нельзя. В квартире чистота и порядок, вещи перестираны, обед каждый день готов. Бабуля всё успевает. Путешествуя по посёлку, заглядывал к ней и внук Гриша. Съедал тарелку супа и торопился уходить, но обязательно тайком прихватив что-нибудь. Вот, скажите, что за ребёнок? Попроси, неужели бабушка откажет? Так нет же, втихаря, без спроса… Понятно, что такое ей не нравилось, и привечать она его не стала.

Брались с Олесей Михайловной серьёзно поговорить и соседи по дому. Кому ж понравится разведённая ею антисанитария? Грязь, вонь, насекомые и грызуны, а, вдобавок ещё, не приведи господи, угроза подхватить от всего этого какую-нибудь болезнь! – не позавидуешь такому соседству.

Одним словом, всё шло к тому, чтобы детей смогли вытащить с этой импровизированной квартирной свалки, и нынешней зимой это случилось. Когда за мальчишками приехала машина, мать не стала заламывать руки, горько рыдать и клясться, что с этой минуты начнёт жить иначе. Она была очень спокойна. И дети тоже. Со стороны посмотреть, такая картина, словно мальчики отправляются в город на экскурсию. Не хватало только улыбок и весёлого говорка: «Мама, сделай блинчиков, мы через пару часов вернёмся». Через пару часов они не вернулись, через пару месяцев тоже.

Как им живётся в детском приюте? Трудно сказать. Заведение это на казённый дом меньше всего похоже. Благодаря чудесному и преданному своему делу коллективу, здесь настоящее царство домашнего уюта, душевного тепла, необыкновенной красоты и атмосфера Её Величества Доброты. Сотрудники рассказывают, как впервые шестилетний Ваня прошёлся по приюту, молча оглядел всё и смог только выдохнуть: «Хорошо тут у вас». Кто-то спросил: «А дома у вас как?». Ваня махнул рукой: «Дома? Свинарник!». А вот Гриша обживаться на новом месте стал без эмоций. Это и есть самое страшное. Ему как-то безразлично, спать на чистой белоснежной постели или на грязных рваных тряпках, есть вкусную пищу из красивой чистой посуды или грызть чёрствый хлеб, запивая лимонадом прямо из горлышка бутылки. Неужели всё равно или всё же нет, и он только не показывает вида? Не признаётся. С ним непросто найти общий язык. Вступать в диалоги не любит, сразу грубит и дерзит. И ведь младший брат смотрит на него, перенимает точно такую форму поведения. Сотрудники приюта, отчаявшись, спросили, что называется, в лоб: «Может, вам здесь не нравится? Вы домой хотите?». «Нет, - отвечают, - не хотим».

Не нарушая привычный ритм их жизни, работники социального учреждения договорились с автотранспортом. Каждое утро машина увозит Ваню в его детский сад, а Гришу в поселковую школу. Вечером забирает обратно. Точнее, увозила Гришу в школу. С ним опять беда! Прошло совсем немного времени, и мальчишка снова охладел к учёбе. В один зимний день, отсидев пару уроков, он… пропал. Директор, убедившись, что в школе его нет, забила тревогу. Поставила в известность и Сосногорский детский приют, разыскала по мобильному телефону и мать Гриши. Она-то и нашла сына. Привезла на своей машине в город, отдала в руки соцработникам. И уехала. А он ухмыльнулся: «Да я снова скоро со школы уйду». И ведь точно, уйдёт. Поэтому решили никуда его больше не возить, приглашать педагогов в приют и обучать «на дому». Только и по этой схеме получается непросто. Почему? Догадайтесь сами!..

Привить мальчишеской душе только хорошее стараются и опытные, умелые воспитатели приюта. Дозированно, но ежедневно ведут они кропотливую работу с Ваней и Гришей. Радуются каждой крупице положительной отдачи. Хотя понятно, что весь тяжкий труд воспитания ещё впереди. Вот, к примеру, на днях проводился домашний урок рисования. Дети рисовали смешных собачек, машинки, забавных человечков… и только рисунок Гриши выделялся из всех. На листе он изобразил большую чёрную перчатку и зубастое злое красное солнце, с которого капала кровь…

Что творится в детской душе? Как распознать и вылечить? Посильно ли это без помощи матери, которая, дав детям жизнь, посчитала свою миссию выполненной? Хочется, чтоб на каждый вопрос нашёлся ответ. А ещё больше хочется, чтоб каждый ребёнок, оказавшийся на обочине жизни, вернулся на главную дорогу и больше никогда не сворачивал с неё.

Владимир Краснопёров

Комментарии
Гость
06.03.2013, 08:40

Бред какой то

Гость
06.03.2013, 09:29

А что тут сделаешь? Только в детский дом детей отдать. Больше вариантов нет. Хотя, может под опеку?

Редакция
06.03.2013, 10:07

Ну почему же бред? Ситуация, действительно,имеет место быть, потому и была описана Владимиром Краснопёровым.

Гость
14.03.2013, 18:50

вот такие у нас люди живутгрустный

Оставить комментарий

каталог организаций