Главная Общество "Золотой осени" не хватает нашего тепла
19.11.2014
Просмотров: 715, комментариев: 0

"Золотой осени" не хватает нашего тепла

В любом возрасте своя прелесть. Это только в раннем детстве кажется, что жизнь бесконечна, старость видится такой далёкой, как линия горизонта. Но быстро летят годы, насыщенные делами, заботами, событиями. В них вмещается время учёбы и работы, создание семей, рождение детей… у многих – ещё и годы ратного труда. За этими обычными буднями и радостными торжествами, печальными днями (в любой жизни не без них!) и повседневными хлопотами как-то незаметно подкрадывается тот возраст, когда дети сами становятся родителями, на висках появляется седина, а в руке тросточка… Хорошо, когда рядом самые близкие люди, которые не только стакан воды подадут, но и посидят, обнимут, поделятся своими новостями, терпеливо выслушают.

Иной раз для старого человека душевный разговор важнее и целебнее сильной таблетки. Дефицит общения – вот что больше всего беспокоит пожилых и одиноких. Это счастье, когда супружеская пара встречает свою «золотую осень» вместе. Прожив долгую жизнь плечо к плечу, им есть, что вспомнить, о чём поговорить, словом и делом поддержать «вторую половинку».

Однако, к сожалению, чаще бывает так, что на жизненном пути среди самых болезненных утрат – друг сердечный, и тогда невыносимо долго тянутся пустые вечера, грустно и тоскливо на душе. Тупо бубнит телевизор, молчит телефон, никто не звонит в дверь… Дети обещали привести внучку на выходные, но… у них своя жизнь, свои планы.

Как много пожилых одиноких! Любят ли они песню со словами «Мои года – моё богатство…»? Едва ли! – они бы с радостью взамен этого богатства получили лучик тепла от людей, добрых знакомых, друзей, родных.

Баба Люба живёт неподалёку, часто вижу её. Помню, когда у них была хорошая и дружная семья: они с мужем работали на железной дороге, сын учился в Ухтинском индустриальном институте (так тогда назывался технический университет). Жили, как все, не хуже. Дружили с соседями, ездили за грибами, зимой выбирались на лыжные прогулки, отпуска проводили на Чёрном море. А когда сын получил диплом и по направлению уехал в Киров, Любовь Николаевна не услышала, а, скорее, сердцем почувствовала первый тревожный звоночек. Но Валерка звонил родителям часто, писал письма. И в каждом обязательно обещал отработать положенные 3 года и вернуться в Сосногорск, в родные места, к друзьям, а, в первую очередь, к ним – к отцу и матери.

С верой в это и жили. Да только скоро всё пошло иначе. Женился сын, потом дали Валерке от предприятия хорошую квартиру, а следом, как и положено, появился в молодой семье ребёнок. Вырвался Валерка на новогодние праздники к родителям, несказанно обрадовались они его приезду, но за праздничным столом сидел уже совсем другой «их дорогой Валерочка». Мысленно он был там, с женой и сынишкой, и на будущее место жительства менять уже не собирался. «Перебирайтесь сами в Киров, - предложил он. – Вы же сейчас на пенсии, какая вам разница, где жить?» Тут родители и поняли, что «вылетел» сын из гнезда, встал на ноги, в них не нуждается. А то, что они нуждаются в нём, - не понимает. Нуждаются не в его деньгах, не в его осязаемой заботе и физической помощи, а в его внимании и прежнем добром отношении – вот, что стало главным.

А примерно 10 лет назад нагрянуло в дом настоящее горе: уложила в постель мужа страшная болезнь. Прошли считанные месяцы, и его не стало.

Невосполнимая утрата не прошла бесследно, баба Люба долго болела, но потом вроде начала оживать, хотя, как все заметили, «сильно сдала» - слышать стала плохо, видеть хуже, да и сама осунулась, постарела. Сейчас, как нельзя кстати, пришлась бы сыновья поддержка, но Валера наоборот совсем перестал приезжать, звонить, за год прислал всего два письма. Точнее, две открытки – на 8 марта и на день рождения – с готовыми поздравительными стишками и лишь самоличной подписью сына под ними. Но и им обрадовалась мать, ходила с ними, показывала соседям: «Помнит обо мне», - счастливо улыбаясь, говорила она. А одиноко сидя на лавочке, гладила морщинистой рукой открытки с яркими цветами и шептала: «Живой Валерочка… живой…»

Недавно я снова увидел бабу Любу. Еле-еле она шла, неся из магазина хлеб и пакет молока, слеповато тыкнулась домофонным ключом и с трудом открыла подъездную дверь. По ступенькам, держась за перила, поднялась к своей квартире, за порогом которой её ждали пустота и одиночество.

Владимир Краснопёров
Фото из сети Интернет

Комментарии

каталог организаций