Как охотится хорек на кроликов

Всем хорошо известен сородич куницы, х о р ё к (Mustela putorius), который держится на деревьях несравненно реже её. Длина хвоста хорька 16 см, а длина тела — 40 ? см. Снизу хорёк одноцветный, черно-бурый, а сверху окрас его светлее. Подшёрсток желтоватый, спинка носа чёрная, подбородок и губы белые, бока головы беловатые, хвост чёрный.
Хорёк распространён в большей части Европы. К северу доходит до Южной Швеции, Белого моря, но в области моря Средиземного не встречается.

Это ночное животное, проводящее день в рощах, в норах лисиц и кроликов, в складах дров или кучах камней. Зимой хорёк зачастую поселяется в сараях, необитаемых строениях и хлевах. Вечерами покидает своё убежище и выходит на охоту за перепёлками, зайцами, кроликами, ящерицами, змеями, лягушками, другими мелкими животными… Домашней птице размерами от голубя до индюка тоже спуску не даёт, и особенно любит пить яйца.
Забравшись в птичник, хорёк по возможности душит всё его население, а диких кроликов преследует столь настойчиво, что одной семейки хорьков достаточно вполне, чтобы заметно сократить — и в самые сжатые сроки — число кроликов.

Однако хорёк в Средней Европе стал встречаться значительно реже, и держится преимущественно в неприступных местах густого леса. В Альпах он поднимается летом намного выше границы лесов. В оставленных кроличьих норках, в трещинах скал или в кучах камней, поросших кустарниками, высокими травами, самка устраивает гнездо. Здесь в апреле, мае, реже в начале июня появляются от трёх до восьми, чаще же 4?6 детёнышей. Взятые вовремя, они могут быть обучены для охоты на кроликов.

Ближайший среднеевропейский сородич хорька, г о р н о с т, а й (Mustela erminea) держится в тех же почти местах, что и тот. Горностай достигает длины тела в 24 ? см, длина хвоста 9 ? см. низ тела желтовато-белый, верх летом буро-рыжий, зимою же совершенно белый — но кончик хвоста, превосходящий длину головы, чёрен в течение всего года.

Распространён горностай примерно как ласка — водится во многих северных странах Старого и Нового Света, и, быть может, встречается ещё в Западных Гималаях, где ласка неизвестна. Во всех северных областях своего ареала горностай надевает зимний наряд (за исключением чёрного кончика хвоста) — и на Шотландском нагорье, и в Германии. С другой стороны, в северных графствах Англии такая смена наряда случается часто, но не всегда, в южных же графствах Соединённого Королевства зимний наряд у горностая встречается весьма редко. То же самое и в Северной Америке: зимою зверьки почти всегда белы в Массачусетсе, Нью-Йорке и Пенсильвании, а в Южной Каролине горностай всегда носит летний наряд.

По образу жизни горностай довольно сильно походит на хорька. Благодаря своему росту он может справиться с достаточно сильными животными, такими как домашняя птица и зайцы, беспощадно преследуя их. Горностай решается нападать даже на очень крупных зайцев, а в птичнике может передушить свыше 40 взрослых кур в течение одной ночи.
Горностай охотится обыкновенно попарно, для общего дела иногда собираются до трёх и более зверьков. За добычей горностай выходит как днём, так и ночью, лазает довольно хорошо, а плавает превосходно — и, не задумываясь, идёт в воду, если необходимо.
Любимые местопребывания горностая — густые заросли, каменистые места, предоставляющие надёжную защиту от врагов. Подвергаясь опасности, он испускает для своей защиты в высшей степени неприятный, проникающий запах.

В апреле и мае в гнезде горностая находят обыкновенно 5, иногда 6 детёнышей, число которых может колебаться, однако, от двух до 12-и.
В прежние времена мех горностая ценился, как известно, очень высоко — что значительно сократило численность животного, в некоторых местностях горностай полностью истреблён. Достаточно привести пример: в 1833-м году в Англию было ввезено свыше 100 000 шкурок горностая…

Самая мелкая из европейских куниц — л, а с к, а (Mustela vulgaris). Длина тела зверька — всего 17 ? см, а длина хвоста лишь 4 см; хвост, равный по дине голове, того же цвета, что верх тела — буро-рыжий. Снизу тело белого цвета.

Ласка распространена по всей Европе, Северной и Средней Азии, в большей части Северной Америки. В северных местностях зимою она становится белой чаще, чем в южных. Хвост при этой смене наряда остаётся, однако, буро-рыжим, но становится чуть бледнее.
Зверёк обыкновенен в удобных для него местах — по берегам ручьёв и рек, в живых изгородях и кустарниках, по краям болот.
Питается ласка преимущественно мелкими животными — землеройками, мышами, кротами, крысами, птичками, даже насекомыми, нападает иногда на спящих куропаток, проникает в птичники за курами, а для охоты за кроликами объединяется со своими товарищами.

Ласка — смелое, любопытное животное, мало боящееся человека. По земле движется ласка обычно мелкими прыжками, но временами останавливается, чтоб осмотреться, при этом приподнимается вертикально.
Благодаря своему тонкому телу она в состоянии проникать в самые узкие щели, преследовать кротов и даже полевых мышей в их убежищах. Лазает ласка тоже превосходно — ей ничего не стоит залезть на дерево и накрыть в гнезде птицу, одолеть её вместе с птенцами.

Ласка охотится относительно чаще ночью, чем днём, но и в светлое время суток настолько часто, что её никак нельзя считать ночным животным.
В какой-нибудь земляной дыре, в дупле дерева и тому подобных укромных уголках самка строит тёплое гнездо, где дважды или трижды в год появляются 4 или 5 крохотных малышей.
Воспитывать своих детей самке иногда помогает и самец. Родители защищают малюток с удивительной смелостью и полным самопожертвованием. Если тревожат их гнездо, нарушают покой, ласки перетаскивают детёнышей в другое место.

Горностая, ласки, хорьков осталось так мало… что вряд ли они способны нанести вред популяциям кроликов — скорее, сами кролики наносят вред окружающей флоре и культивируемой человеком растительности. А их норы, «благодаря» которым в Англии (да и не только в Англии) начинает проседать и трескаться фундамент старых домов или каменные заборы?!
Уже промолчим о кроликах в Австралии, где они стали воистину бичём фермеров, расплодившись немеряно…

(очерк на основе отрывков из «Животного мира Европы», 1898 — 1901)

Мне предложили устроить настоящую средневековую европейскую охоту на кроликов с хорями и с сеткой. Для тех кто не в курсе: ищутся все выходы из кроличьей норы и перекрываются сеткой все кроме одного. В этот единственный вход и запускается хорь на длинном поводке. Хорь бежит, пугает кролика, тот пугается и выскакивает из норы и попадает в сеть.

Мне позвонили знакомые журналисты с Вести-Урал и поведали такую историю:
Есть некий остров в районе г. Камышлов, там были выпущены на свободу домашние кролики, они там расплодились и уже не одно поколение живут в норах и ведут дикий образ жизни

Владельцы этих кроликов (сельскохозяйственне предприятие из Камышлова) периодически отстреливает их.

И мне вот предложили устроить настоящую средневековую европейскую охоту на кроликов с хорями и с сеткой естественно.

Для тех кто не в курсе: ищутся все выходы из кроличьей норы и перекрываются сеткой все кроме одного. В этот единственный вход и запускается хорь на длинном поводке. Хорь бежит, пугает кролика, тот пугается и выскакивает из норы и попадает в сеть.

Мы с нашими хорьководами долго обсуждали, ехать/не ехать, а будут ли наши хори лезть в нору, а не схватит ли хорь кролика в норе, а не завалит ли крол хорька, отдадут или нет нам добычу, а что делать с пойманным кроликом и т.д. Ситуация усугубилась после нахождения вот такой информации:
«Среди экзотических типов охоты в энциклопедии приводится и охота с хорьком на кроликов. Автор считает главным недостатком охоты с хорьком то, что хорек, призванный выгнать кролика из норы, совершенно непонятно, чем там занимается. Он под землёй, и проводники хорьков специально раскладывают перед норой приманки, чтобы выманить хорька обратно.»
Хорьку даже надевают намордник, чтобы он не жрал кролика, а только гнал к выходу. Вот, говорится в книге, хорька можно вытянуть за длинный поводок, закрепленный на специальной плечевой шлейке.
А вот уж вовсе невиданные технологии — это электронный маячок, который даст понять хозяину хорька, где надо копать, чтобы вытащить зверька:
«Охота с хорьком — это спорт, таящий в себе массу неожиданностей». В классической ситуации спортсмен, пытающийся выманить хорька наверх, всматривается в глубь норы, а кролик, решающий, что стрелки — это меньшее зло, чем хорек, вылетает с такой силой, что может разбить нос на лице, загораживающем ему выход. В больнице заботливая медсестра спрашивает пациента, что с ним случилось. «Меня лягнул кролик», — отвечает тотч.
Мы посмеялись и решили едем точно!

На самом деле, когда я соглашался на эту поездку, я слабо верил в наших хорей, вернее в их способность охотится.

Итак, началось, с того, что журналисты проехали мимо Косулино и уехали в Белоярку. Если бы мы им вовремя не позвонили, уж не знаю, что бы они там снимали, без главных участников – хорей!

С журналистами договорились встретится в Богдановиче. По пути мы забрали Сергея тоже из Багдановича и командой в 6 человек и пятеро хорей (Бренд, Лекс, Гриня, Чип, и единственная дама — Зося двинулись на охоту…)

Мы как порядочные взяли складной стол, стулья, а тут нас ждала уже накрытая поляна с ухой, помидорами, зеленью, и всяческими другими яствами.

Обсудили мы за столом наши планы и сомнения насчет охоты, дали интервью и двинулись на остров.

Остров обнесен по кругу сеткой. Сетка установлена на расстоянии примерно 50см. от берега острова в воде.
А вот и остров и собственно одичавшие кролики.

На острове существуют два вида нор. Искусственные – навалены бревна, палки, и засыпано все это сеном. Кролики там делают очень длинные и глубокие норы, вглубь земли и естественные, вырытые кроликами в склоне берега.

Бренд приступает к исследованию нор. Я был просто очень удивлен, тем, как Бренд себя вел: По-хозяйски, без суеты, не топорща хвост и вообще шерсть, как будто это его обычное дело! Совершенно спокойно подошел к норе, понюхал, и юрк в нее!

Как только Бренд оказался внутри, из нор как тараканы из всех щелей стали вылетать, именно вылетать шокированные кролики. Они были быстрее пули, один зверь даже чуть не врезался в меня, но промахнулся и угодил в воду. Испугавшись еще больше он выскочил из воды и умчался прочь! Выгнав из этой норы всех кроликов, Бренд по-деловому вылез из другого входа (выхода).

Когда Бренд вылез из первой норы, он превратился из белоснежного зверя в сероватое существо .

Решив, что мы достаточно потренировались, мы решили приступить собственно к охоте.
Огораживаем нору рыбацкой сетью

И началось действительно шоу!
Кролики, вылетая из норы пробегали через сеть, даже не меняя ни скорости, ни направления! Это была какая-то Матрица!
Мы то надеялись, что кролики застрянут в этой сети – куда там! Китайская сеть кроликов не держит!
Ну мы же настойчивые охотники, решили, раз приехали, все равно поймаем хоть одного кролика! Сложили сеть в несколько слоев, Бренд опять шарится в норе и вот оно счастье и охотничья удача

Кролик попал в сеть! Игорь как лев кинулся на кролика и схватил его!

Интервью Игоря, после охоты

К сожалению, фоток самого момента, когда кролик попал в сеть нет, но есть, фотки охотников с трофеем

Пофотографировавшись с трофеем в разных позах и ракурсах трофей был благополучно отпущен восвояси
Наохившись главные охотники были закрыты в свои клетки

И быстро вырубились спать

После этого было еще много чего интересного, как то: рыбалка и жаренье улова, жарка и поедание шашлыка, стрельба из местных ружей по картонным коробкам и всяческие другие радости и развлечения.

Вот такое было приключение-развлечение! Все были очень довольны, и хори и их хозяева, и я думаю даже кролики (что живы остались)
Можно смело сказать, что Первая В Истории Екатеринбурга Охота с Хорями На Кроликов Прошла На УРА.

Как только из норы появляется хорек — ему дают пойманного кролика как вознаграждение — немного попробовать. Впрочем, некоторые не особенно тренированные хорьки могут прямо в норе насосаться и там же упасть спать. Однако, это уже относится к плохой охоте, а мы про хорошую.

Первого хорька если он заснул в холодочке, легко разбудить вторым, которого запускают вдогон, если первый долго не возвращается. Поэтому самого активного непоседу берегут прозапас как биточку-вышибалочку.

Если вместо собаки у фреткующего — сокол или ястреб, то в данном случае подсоколья собака справляется с ситуациями когда из норы выскакивает не один кролик, а два, или сокол дал промах и от обиды на второй заход не пошел, или кролик в кущи залетел. Тогда уже охотник не фреткующий, а ловчий сокольник.

Наверное, это все-таки верх охотничьего мастерства дрессуры, — управление таким количеством разновидовых животных. Конная охота с подсокольими собаками и фретками, пожалуй, самый виртуозный вид охоты.

Но это все касается в первую очередь Италии и Испании, где вся прелесть такой охоты состоит в том, что кроли тысячами живут в мелиоративных трубах на склонах гор и виноградников. В Швейцарии все по-другому. В Швейцарском Егере №7 2011 года на страницах 14-18 как раз есть интересная статья об охоте с хорьками в Швейцарии.


Журнал Швейцарский Егерь №7 2011 года

Есть и в России редкостные фреткующие практиканты, например, в Екатеринбурге даже есть небольшой полигончик для натаски фуро на кролей, но это все из разряда азов такого научения. В Екатеринбурге используют выгороженный кусок берега на островке, огороженный рабицей и заселенный одичавшими кролями. Бедновато у нас с кроликами, поэтому полноценно такую охоту можно увидеть только в южных регионах. В отсутствие кроликов тоже самое можно проделывать с сурками, коих на порядки больше.

Так как искусство охоты с хорьками в Европе относится к раннему средневековью, то, безусловно аутентичные реконструкции такой охоты из древних времен вызывают самое большое число откликов и восторженных эпитетов.

Популярность такого вида охоты возросла с увеличением популяции кроликов на территории Великобритании и Германии. Появилась необходимость контроля их численности. Охота с хорьками является эффективным и очень важным средством контроля популяции кроликов, на протяжении веков ставшим одним из излюбленных видов спорта людей из разных слоев общества и возрастных групп.

Использовать хорьков для уничтожения грызунов, по-видимому, начали мореплаватели. Первое известное изображение хорька в европейском искусстве датируется ориентировочно 1310 годом — это иллюстрация охоты с хорьком в рукописном Псалтире королевы Марии. На известной картине Леонардо да Винчи «Дама с горностаем» изображен, кстати, вовсе не горностай, а хорек-альбинос. Считается, что одомашнен он был более двух тысяч лет назад.

Немало разноречивых гипотез высказано в мировой литературе о происхождении охотничьего хоря. Зверьком особым – «путориус фурро» назвал его в своей систематике шведский ученый Карл Линней. Другие естествоиспытатели считали его то самостоятельным видом, то пришельцем из Африки; альбиносом черного или светлого хоря, гибридом между тем и другим. Называли его: хорь охотничий, фуро, фрет (немецк.), хорь африканский. И все они объединены одним научным наименованием – «мустела фуро».

Викторианская ферма сериал БиБиСи, Охота с хорьками

Свой рассказ я адресую молодым охотникам. Именно им, возможно, предстоит подружиться с удивительным зверем, о котором многие старые русские любители охоты и слыхом не слыхивали. Лишь некоторые наши ученые упоминают вскользь (в 3-4 строчках) о существовании этого хищника и ни слова об охоте с ним. Зато немало разноречивых гипотез высказано в мировой литературе о происхождении охотничьего хоря. Зверьком особым — путориус фурро назвал его в своей систематике шведский ученый Карл Линней. Другие естествоиспытатели — Брем, Прель, Гертер, Калниньш, Гептнер, Новиков — считали его то самостоятельным видом, то пришельцем из Африки; альбиносом черного или светлого хоря; гибридом между тем и другим. Под стать версиям родословной и количество названий зверя: хорь охотничий, фуро, фрет (немецк.), хорь африканский. И все они объединены одним научным наименованием — мустела фуро.

Зверек одомашнен более двух тысяч лет назад. Шерсть его белесовато-желтая, глаза красные. От других представителей семейства куниц отличается исключительной легкостью приручения. В ряде европейских стран применяется вместо норной собаки для охоты на кроликов и в качестве непревзойденного истребителя крыс. Выкристаллизовалась — и не без участия советских биологов — история появления его на свет: одомашненный альбинос черного хоря.

В 1971 г. в Новосибирск из Пражского зоопарка завезли — впервые в СССР — пару фуро. Научные сотрудники Института цитологии и генетики и Биологического института Сибирского отделения АН СССР супруги Д. и Ю. Терновские приступили к изучению и разведению охотничьего хоря под открытым небом. В советской научно-популярной печати (журнал Охота и охотничье хозяйство, 1975, № 6) появилась первая пространная и авторитетная информация о его биологии. «Результаты превзошли все ожидания и опровергли сомнения скептиков, предполагавших, что изнеженные домашним содержанием зверьки не смогут существовать в суровом сибирском климате, — сообщали ученые. — За три года от пары фуро и их потомков родилось 173 детеныша». В дальнейшем число белых красноглазок продолжало расти, появились гибриды фуро и лесного хоря. (Характерно, что гибридов фуро со степным хорем или помеси светлого и черного видов получить не удалось.) Высокий воспроизводственный потенциал фуро и легкость его содержания позволяют надеяться, что уже в обозримом будущем эта новая для нас, увлекательная и, главное, хозяйственно-полезная (об этом дальше) охота найдет среди молодой охотничьей смены своих пионеров.

В средние века привязчивый, бравший корм из рук африканский хорек нередко бывал баловнем семьи, живой игрушкой. На известной картине Леонардо да Винчи Дама с горностаем изображен, кстати, вовсе не горностай, а фуро. У охотников было принято скрещивать зверька с лесным хорем: помеси нравились своей агрессивностью, выражавшейся в активном обыскивании широкоразветвленных кроличьих нор.

Охота с хорем, распространенная ныне Германии и ряде других европейских стран, хорошо описана классиком немецкой охоты Ф. Резефельдом (конец XIX века). По его словам, «поскольку речь идет об альбиносе, радужная оболочка его глаз не пигментирована; поэтому фрету присуща светобоязнь, и днем он видит неважно. Самец обычно кусачее и злее самочки. Лучше всего было бы, если фрет не кусался, так как одного его своеобразного запаха вполне достаточно, чтобы кроликов, для охоты на которых он только и предназначен, выставить из норы, если он прилежно обыскивает всю нору. Кровожадность фрета просто невероятна. Умерить ее может лишь соответствующее питание. Если же хищника кормят, как это часто бывает, одним мясом, то получают совершенно не пригодного для охоты «помощника»: он впивается в первого же попавшегося кролика и, насытившись и свернувшись клубком, уютно отдыхает в норе. А наверху стоишь ты и ждешь кроликов или хотя бы самого фрета. Если же хорей с детства кормить молоком и булками, то проявление кровожадности наблюдается реже, и для охоты они становятся куда как пригоднее. Тем не менее фрет всегда остается капризным и своевольным, и охотник на кроликов должен быть готов к любым испытаниям своего терпения.

Чтобы не притупить чутья, фрета необходимо содержать в абсолютной чистоте. Поэтому испражнения, обычно жидкие и оставляемые в одном и том же месте, надо тщательно удалять. Вообще же хори любят мягкое ложе, тепло и чувствительны к сквозняку.

Все молодые хори боязливы и кусачи. Подготавливаемых для охоты зверьков надо приручать, приучать к оклику и свистку, так как только действительно ручной и послушный помощник обещает успешные охоты. Очень желательно привыкание его к оснащенному бубенчиком тонкому резиновому ошейнику; он легко соскальзывает, если зверек зацепится им в норе за какой-нибудь корень. Если фрет не хочет выходить, то иногда достаточно потопать у норы, позвать его и посвистеть во входное отверстие. Притравливают хорей на простой, устроенной на воле искусственной норе, сквозь которую сперва протаскивают кролика. Здесь они знакомятся с запахом кроликов и привыкают передвигаться по песчаному, неровному и усеянному препятствиями грунту

Зачастую на фрета, чтобы он не загрызал кролика, надевают намордник. Независимо от того, что это тяготит и злит зверька куда сильнее, чем ошейник, намордник лишает фрета оружия при возможном столкновении в норе с диким хорем, горностаем, лаской или дикой кошкой. Поэтому лучше отказаться от намордника и добиться желаемого, кормя хищника молоком и хлебом. Спиливание клыков жестоко, и поэтому неприемлемо. К тому же это не предотвращает мертвой хватки и поедания жертвы. Фрет либо загрызает ее оставшимися зубами так же, как если бы располагал и клыками, либо полностью утрачивает свою удаль.

На охоту хорьков несут в специальном ящике, закинув его на ремне за плечо. Ящик должен быть с мягкой и теплой подстилкой и защищать зверьков от дождя и ветра. Прибыв на место, фрета вынимают и пускают в нору; ранее правильно притравленный в искусственном сооружении хорь обыскивает все ее ответвления и закоулки, обращая находящихся там кроликов в паническое бегство. Не надо давать фрету работать более часа подряд. После этого его нужно покормить и посадить в ящик, пустив работать другого».

Современная практика позволяет сделать к рассказу старого мастера несколько небольших дополнений. Охота с фуро базируется на стремлении маленького хищника добыть кролика или другого зверька, служащего ему естественной пищей. Сезон охоты с фуро длится (в ГДР и ФРГ) с середины октября до конца февраля. В морозные дни, в дождь и ветер четвероногий помощник часто не хочет выходить из норы и остается в ней сладко поспать.

В охоте на кроликов должны участвовать по крайне мере два человека и по возможности еще больше хорьков. Наиболее типична команда в составе собаки-ищейки, 2-3 хорей, их ведущего и двух стрелков. Ведущему, если только его одного и знают фуро, стрелять на охоте не приходится: на его плечи ложится все руководство работой хорьков, а это связано с немалыми хлопотами. Поэтому зарубежные охотники, не склонные к подобной самоотрешенности, доверяют уход, попечение и командование охотничьим хорем какому-нибудь надежному товарищу, сами же предпочитают стоять у норы с ружьем наготове, считая это на кроличьей охоте главным.

Лучшее время для охоты с фуро начинается с середины ноября: раньше крольчата последнего выводка бывают еще мелковаты. Погода (по крайней мере в Западной Европе) в эту пору еще теплая, кролики держатся преимущественно вне норы, а если и скрылись в убежище, то при приближении охотников из него не выскакивают. В середине января, если зима мягкая и пригревает солнце, у кроликов начинается брачный период; о начале его свидетельствуют клочья шерсти, валяющиеся вокруг нор. От самцов исходит тогда специфический запах, отнюдь не улучшающий вкуса их мяса.

Хмурая и холодная погода для норной охоты — самая благоприятная: в солнечный, да к тому же и теплый, день кроликов застать в норе трудно. И если в такой денек охотники надумали «похорьковать», то сперва рекомендуется походить, пошуметь в окрестностях нор, заставить обеспокоенных зверюшек укрыться в своих подземных метро. На открытой местности при сильном ветре охота редко бывает успешной. Само дежурство у норы тогда малоприятно. Сети, которыми накрывают выходы из норы, сносит ветром. Приближения изгоняемого из-под земли длинноухого не слышно. Хорем трудно руководить, так как ветра он недолюбливает и, выглянув из норы, тотчас скрывается в ней снова. В лесных же угодьях, где ветра не чувствуется, охота в такой денек может доставить немало приятных минут. Неблагоприятными для чувствительных фуро считают также мокропогодье и глубокоснежье. Однако опыты, проводимые в Новосибирске, дают право думать, что возможно выведение линий; отличающихся влаго- и ветроустойчивостью.

Слишком рано поутру начинать охоту не обязательно: кролики в этот час вялы, спят, и хорек легко их схватывает. Хищник намертво впивается в свою жертву, и, пока охотники стоят наверху и ждут, он спокойно лежит в теплом подземном зале, упиваясь кровью и насыщаясь. Насытившийся же зверь, как известно, становится менее активным, а охота с ним — малопроизводительной.

Чтобы не вводить хорей во время работы в излишний соблазн, их предварительно кормят; в течение дня целесообразно кормежку повторить. Время для этого хватает, поскольку основой современной охоты на кроликов считается правило: новая нора — новый фуро. Подкармливают хорька, естественно, в перерывах его работы.

В небольшие норы посылают одного охотника, так как двое легче ловят, а не выгоняют зверька и тогда не торопятся возвращаться на поверхность. В большие норы пару хорей пускают с одной стороны, тогда как стрелков руководитель охоты расставляет с другой. Однако каждый из них имеет право стрелять кроликов лишь в угон. Расставлять стрелков так, чтобы они смотрели в отнорки, считается ошибкой. Важно, чтобы охотники стояли скрытно и выскакивающие беглецы их не могли сразу заметить. После расстановки стрелков выходы из норы накрывают сетями — такими же, что применяют при норной охоте на лисиц. Сети намного повышают добычливость охоты, так как запутавшиеся в них зверьки дольше остаются в зоне досягаемости выстрела.

У норы все должно быть так же тихо, как и при охоте на лисицу. Каждый стрелок тихо занимает свой пост и замирает. После запуска хоря нора оживает. Слышится приближение к лазу удирающих карникелей (немецкое охотничье название кроликов). Стрелять по зверькам, едва выглянувшим из норы, не рекомендуется; нужно дать им выбраться цел и ном. И не только потому, что иначе можно ранить преследующего кроликов своего четвероногого помощника, но и потому, что не чисто битые выстрелом кролики ныряют назад в нору и нередко пропадают или достаются затем охотнику с большим трудом.

Если охота началась задолго до полудня, то в середине дня ее прекращают, иначе уставший хорек остается в норе отдыхать и рано наступающая темнота лишает ведущего возможности заполучить его в руки. Если же зверек все же остается в норе, то сперва надо потопать, постучать по всей норе. Если и это не помогло, то нужно заткнуть все лазы и на следующий день повторить попытку вызвать зверька, что обычно и удается.

Если ненужное беганье таксы или фокстерьера в норе недопустимо, то эту повадку фуро приходится терпеть. Тем не менее ведущему надлежит быть все время наготове, и, едва хорь высунется из норы, его нужно мягко схватить сзади передних лап. Поначалу охотничий хорь бывает недоволен таким приемом, пугается, однако затем так привыкает видеть у лаза своего хозяина, что заполучить его по окончании охоты не составляет труда.

Для такой охоты применяют обычно дробь № 7.

Патронов не жалеют, поскольку любой не чисто битый кролик может снова юркнуть в нору и попасть там в зубы хорю, который не приминет тогда вдосталь попировать, забыв и о ждущем его хозяине, и обо всем на свете.

Иногда возникает необходимость провести охоту вблизи жилья — в местах, где стрелять нельзя. Тогда все выходы из нор накрывают сетками, а если их не хватает, оставшиеся лазы «заштопывают» землей или другим подручным материалом. Кроликов, попавших в сети, как и зайцев, убивают ударом по затылку. После выхода кролика лаз снова накрывают сеткой.

В одной из областей ФРГ — в земле Нордхейм-Вестфалия — размножившиеся кролики начали наносить ущерб посадкам: повсеместно наблюдались погрызы лиственных деревьев, подроста. В 1975 г. в области была разрешена неограниченная круглогодичная охота на этого грызуна. Вот как проходила одна из охотничьих вылазок.

Первая же пороша помогла выбрать угодья, в которых следы кроликов встречались особенно часто. Вполне подходящей была для них и местность: песчаная почва, чередование валов и насыпей, перелесков и поросших кустами канав. Погода стояла отличная: легкий морозец и тонкий снежный покров — лучше и желать нельзя. Из трех участников двое умело определяли, есть ли в норе кролик. В мороз вход в жилую нору по краям бывает покрыт инеем; в теплые же дни приходится всматриваться, есть ли свежие следы у входа: на уплотненном песке отпечатки коготков едва различимы.

Кто-то из крестьян осенью свалил в старое пересохшее русло речушки сухую картофельную ботву. К огромной, как дом, куче вело много следов. Две легавые — курцхаар и дратхаар — уже не раз подымали вблизи этой кучи кроликов, застывали перед ней на стойке, но выдворить из-под нее зверьков, естественно, не могли. Теперь под слежавшейся ботвой предстояло поработать запущенному туда охотничьему хорю.

Охотники еще не были готовы к появлению дичи, когда как ошпаренный выскочил первый кролик. Торопливый выстрел не причинил ему вреда, и зверек мгновенно исчез в одном из лазов на другом конце стога, но уже через каких-нибудь полчаса трофеями охотников стали три кролика — по штуке на каждого. Хорек, прежде чем его посадили в портативный ящик, получил в награду кроличий глаз.

— Потому что фрет, — объяснил один из друзей, — с которым обходятся не по-товарищески, перестает проявлять охотничье рвение. Помимо всего, вкусопоощрение делает его совершенно ручным, и хозяин может вызвать его из любого напуска, так что хорек почти никогда не остается под землей слишком долго.

Подвесив добычу на ремни, охотники двинулись к следующей крепости кроликов. Она располагалась в небольшом сосновом бору и насчитывала по крайне мере 20 входов и выходов, скрытых ветвями и зарослями ежевики. Фрета запустили в одну из нор. Под землей послышалась возня. Выскочивший кролик после выстрела перевернулся. Принюхиваясь и пофыркивая, хорек поспешил из норы по свежему следу, но был снят, проглотил поднесенный ему глаз и снова полез в нору. Второй кролик стал добычей охотников, но шум под ногами продолжался. «Больше ничего не появится, — мелькнула мысль. — Хищника, по-видимому, удерживает в норе оставшийся там сильный кроличий дух». И в это мгновение из-под земли неожиданно возник один, а вслед за ним задали стрекача еще два быстроногих зверька.

В тот день четвероногий помощник был словно в ударе. Охотники передвинулись к норе, в которой после выстрела целым и невредимым, казалось, скрылся один из беглецов. Хоря пустили без намордника, опасаясь, как бы он не зацепился им за корни. Наступила долгая, томительная тишина. Устав вслушиваться и ждать, владелец хорька принялся его звать, похлопывая по земле ладонью. И тогда у одного из отнорков послышался шорох, показалась спина пятившегося зверя. Он медленно, с усилием волочил кролика. Оказалось, две дробинки в него все же попали. В подземелье его и настиг маленький преследователь и перекусил ему позвоночник. В практике моих друзей-охотников то был уже третий случай, когда хорошо натасканный альбино выволакивал из норы свою жертву. Тем не менее напускать его в нору, где скрылся подранок, в тот же день не советуют: выставить наружу подранка хорь, будучи в наморднике, как правило, не в состоянии. На второй же или третий день, почуяв хищника, оправившийся подранок выскочит из норы как ошпаренный.

В СССР кролики обитают между Днепром и Днестром — в районах Одессы и Херсона, где были акклиматизированы в конце XIX века и заселили там степные балки, обрывистые террасы и каменоломни, встречаются даже в садах и парках, вредят им. Формируются популяции и в других местах юга Украины. Так, например, в Керченском, Евпаторийском и Черноморском районах Крыма в 1972 г. было выпущено всего 30 кроликов (15 самцов и столько же крольчих), но уже к 1976 г. там образовалась популяция, насчитывавшая около 2 тысяч зверьков. В 13 областях УССР за 60-е годы из естественной колонии «Веревочная балка» близ Херсона и из Петровского охотхозяйства близ Одессы было расселено 3500 кроликов; в 1975 г. численность размножившихся новоселов перевалила уже за 15 тысяч. Не за горами время, когда молодому нашему племени понадобится много «семерки» для патронов!

Ружейная охота на кроликов скрадом, с гончими или подкарауливанием у нор малоэффективна: зверьки активны ночью, большую часть светлого времени спят в норе или держатся около нее. Охотничий хорь окажется здесь незаменимым. Мясо кролика очень нежно и вкусно; пух зверьков идет на изготовление фетра, а из натуральных или имитируемых под морской котик шкурок шьют великолепные дамские манто, воротники, шапки.

Но охота с фуро может быть организована не только на кроликов. Еще большее значение она может иметь в борьбе с вредителями сельского хозяйства и хранителями эпизоотии — сурками, распространенными от Алтая до Камчатки включительно. В 70-х годах в общесоюзные заготовки поступало ежегодно около 250 тысяч шкурок этих грызунов, из которых 120-130 тысяч приходилось на долю серого или алтайского вида, несколько тысяч — черношапочного или камчатского и около 100 тысяч — на долю красного или длиннохвостого сурка. В Киргизии часть ареала серого сурка приходится на энзоотичную по чуме территорию, где противочумные станции ежегодно истребляют 30-60 тысяч этих зверьков с помощью ядохимикатов, загрязняющих окружающую среду и наносящих неисчислимый ущерб ценной охотничье-промысловой фауне, полезным пернатым хищникам. В деле постепенного вытеснения химических средств борьбы биологическими охота с хорем сможет, вероятно, внести свою небольшую лепту.

Ранее на данную тему об охоте с хорьками на кроликов:

(Иллюстрация из мф «Уоллес и Громит: Проклятие кролика-оборотня» в свободном доступе в сети Интернет)

А помните мультик «Уоллес и Громит: Проклятие кролика-оборотня»? Этот захватывающий мультипликационный триллер вышел на экраны в 2005 году и повествует о нелегкой судьбе борцов. с кроликами.

Не секрет, что кролики белые и пушистые, «у них ценный мех и три, а то и четыре килограмма диетического мяса» (с)

А еще они невероятно плодовиты и прожорливы и в странах где у кроликов нет естественных врагов, это выливается в проблему. Они копают громадные норы, в которые попадают лошади и домашний скот — ломая ноги, уничтожают посевы и, как не трудно догадаться, огромной любовью у местного населения не пользуются.

Естественно, что на кроликов охотятся, уничтожают различными способами и один из них — «хорькование», охота на кроликов с помощью домашних хорьков.

По идее, разведение хорьков в западных странах имеет две ветки «декоративную» и «рабочую», это абсолютно аналогично ситуации с таксами, с той лишь разницей, что на самом деле, в норе будет работать любой хорёк и ваш питомец, уютно свернувшийся в гамачке легко способен набраться опыта и стать охотником.

Почему хорькование эффективно?

Кролики не особо разбираются где дикое поле, а где жилая застройка и селятся так, как их пушистый Бог на душу положит! А стрелять в жилой зоне можно только хмурым черным парням из Южного Централа, и то одобрение это получает только в четкой рэперской зачитке. ой, мы же о кроликах.

Травить ушастых, тоже сомнительное удовольствие, они подыхают в своих норах и потом вонь еще долго омрачает существование жителей, да и потом у англичан с газами все как-то печально получается, в последние время.

Так вот хорьки, в силу своей хищности, упертости и отмороженности на всю голову с успехом справляются с задачей «тихой охоты».

Для охоты чаще использовали. самок хорьков. (Вот такой парадокс), они меньше размером, не такие свирепые и вероятность, что хорек замочит кролика где-то в глубине норы и останется жрать и сторожить свою роскошную добычу — крайне мала.

На хорька одевали бубенчик, чтобы были слышны передвижения в норе и пускали в нору. Выходы из норы перекрывали или отдельно на каждую норку сетку «рукавчик» закрепленную на колышки или же отгораживали сеткой территорию вокруг норы.

Хорек находил кролика, начинал на него нападать, ушастый спасался бегством как пуля вылетая в заботливо приготовленную сетку. Охотнику тут нужно не зевать, а проявив сноровку повязать кроля и. аккуратно отправить на тот свет.

Спросите, неужели хорек может убить кролика, который больше него в несколько раз? Не просто может, а расправляется с ними быстро, легко и изящно. Самым отъявленным убийцам кроликов, даже одевали намордники перед входом в нору. Говорят, кролики еще умеют заманивать хищника в глубину норы и закапывать проход, так что, это честная игра, а у напарника — человека, всегда есть с собой лопата и острый слух, чтобы спасти хорька из норы.

Кстати, ни одного случая повреждения лопатой хорька в процессе откапывания не зафиксировано, тут есть другая опасность — убив кролика в норе и охраняя свою добычу, хорек может легко цапнуть за руку пришедшего на помощь хозяина, поэтому руку лучше совать в специальной перчатке.

Прогресс и техника безопасности.

С развитием технологий, бубенчик на шее хорька заменили на электронный бипер, более громкий и надежный, а сейчас используют и радио ошейник с передатчиком (у охотника находится приёмник, который показывает не только место, где в норе находится хорёк, но и глубину «залегания» нашего хищника, рядом с добычей).

Нравится ли хорькам участие в охоте?

Скажу просто — они кайфуют! Это древний охотничий инстинкт, азарт, адреналин, то, для чего на самом деле рождены наши верные друзья — хорьки.

На видео процесс современной охоты на кролика с помощью хорька (если перейти на ютуб-канал автора видео, можно найти еще много по теме хорькования, видео взято с канала Zeus Polecat)

(Источники иллюстраций и видео указаны, текст мой, тег моё)

Корреспонденты программы «Максимум» выехали на последнее место преступления чупакабры ? неведомого вампира, который сосет кровь животных по ночам. 16+

Только два аккуратных, ровных небольших укуса на шее ? потом овца, курица или кролик еще немного живут, но уже скоро падают замертво обескровленные. И это не деревенские байки ? такие факты подтверждают то в Нижнем Новгороде, то в одном из алтайских сел, то на Украине, или вообще ? в .

Никаких следов насилия и зверства видно не было ? ни рваных ран, ни крови. Только оставшиеся в живых перепуганные овцы жались по стенам стойла, рассказывает подмосковный фермер Василий.

Случай на ферме «Радуга» в Московской области, пожалуй, самый известных из последних. Фермер Василий Великоднев отказывается верить в вампиров, но и объяснения, почему около 20 овец пали в одну ночь без движения с укусами на шее, не находит.

Василий Великоднев, фермер: «Я не знаю, как вампиры, я такого никогда не видел и не хочу вампиров . Это были прокусы, ровные прокусы очень острыми зубами. Четко поставленный удар. Раны не рваные».

От фермы до оживленного подмосковного города всего километр, волкам взяться неоткуда, мелких хищников тоже маловато. Лилия Селянина, жительница Алтайского края, чьих кроликов буквально тоже «высосало» неведомое чудовище, говорит, что слышала лишь звуки, которое издает существо.

Лилия Селянина, жительница села Ануйское: «Смотрю, на веранде шум, понять не могу, выскочила, голос такой, как свинью режешь, храп свининый и топот, будто лошадь пробежала».

А фермеры из Нижнего Новгорода, которые поутру зашли в курятник и ахнули, говорят, что видели тень страшилища: кенгуру с головой волка ? да, дескать, такая дикая смесь. О подобии кенгуру, прыгающем на задних лапах, который наполовину то ли собака, то ли вообще уже конь с острыми зубами и хвостом, говорят даже в Латинской Америке. Там чупакабру боятся как огня.

Слухами бы земля и дальше полнилась, если бы не было достоверных фактов, подтверждающих, что неведомое существо действительно есть. На Украине собака одного фермера положила дохлое чудище к ногам своего хозяина. Фермер снял на видео и зарыл в огороде от греха подальше. Поэтому ветеринары до сих пор и говорят обескураженным овцеводам: де, сказки все это, а барашков ваших кусают простые собаки.

Один из самых опасных врагов домашних животных. [1]

Тело ласки тонкое, вытянутое, гибкое, с очень короткими лапками, длинной шеей, продолговатой головой и маленькими округлыми ушами. Длина тела 10-25 см; короткий хвост ок. 5 см. У основания хвоста имеются желёзы, выделяющие жидкость с неприятным запахом. Вес 50-200 г.

Летний мех — буровато-коричневый . Горло, грудь и брюхо белые. Граница резкая. Осенью ласка меняет бурый наряд на чисто белый зимний мех . Густота меха и летом, и зимой одинакова.

Места обитания.

Ласка живёт в самых разнообразных условиях. Часто устраивается в живых изгородях садов, в стогах сена, скирдах соломы и в кладках дров; поселяется в амбарах, конюшнях и жилых домах, куда её привлекает обилие мышей и крыс. Нор сама не роет, а пользуется норами своей добычи. В помёте 5-8 детёнышей, которые долго остаются с матерью. Даже уже обогнавшие её в росте самцы продолжают некоторое время охотиться вместе с ней.

Пребывание ласки зависит от обилия мелких грызунов. Если их много, то ласка далеко не ходит; её небольшой охотничий участок (ок. гектара) тогда бывает покрыт густой сетью следов на снегу. Выловив мышей и полёвок в одном месте, она переселяется в соседнее, поблизости, и живёт там, пока хватает корма, а затем передвигается дальше, изредка навещая старое место. Свою территорию метит запахом и звуком. Охотится по преимуществу ночью.

Пищу ласки составляют не только мелкие грызуны и насекомоядные зверьки (мыши, полёвки, медведки, кроты). Ласка — чрезвычайно прожорлива и очень кровожадна; она убивает всех животных, каких ей удаётся поймать. Весной ласка поедает яйца и птенцов всевозможных птиц. Не брезгует лягушками и рыбой (этот зверёк ещё и плавает). Поедает также ящериц, змей (медянки, ужи, гадюки), улиток и насекомых.

При сокращении основного рациона этот зверёк нападает на животных значительно крупнее его: на крыс, сусликов, хомяков, молодых кроликов и зайцев, куропаток, рябчиков и тетеревов. [2] Поймав какое-либо животное, ласка, прежде всего, выедает мозг, а при обилии пищи бросает остальное не съеденным и ловит новую жертву. При обилии мышей нередко можно обнаружить под стогом сена или скирдой соломы запасы из задавленных мышей и полёвок с выеденной головой.

Естественные враги.

Не всякая деревенская кошка способна с ней справиться. Главный враг – дикая кошка. Из домашних охотников лучшая – русская голубая. Голова ласки теперь, в свою очередь, становится деликатесом для кошки. Разумеется, кошка не станет скрывать свой подвиг и оставшуюся половину любезно выложит на пороге.

Ласка может также стать добычей таких хищных птиц, как сарыч, пустельга, сова или филин.

Ласка и человек.

Городские зоологи находят ласку полезным животным. «Основную свою пищу — мелких грызунов уничтожает в огромном количестве. Поэтому её следует считать весьма полезной в степных и земледельческих районах, где охота на неё должна быть совершенно прекращена». [3]

Фольклористы видят в ней амбивалентное хтоническое животное, наделённое эротической символикой. [4]

Крестьяне , напротив, по тому урону, который наносит ласка домашним животным, невзирая на уничтожение крыс и мышей, ставят её в один ряд с лисицей и хорьком и обращаются с ней в соответствии с хозяйственными нуждами.

Ласка и домашние животные

Пока мышей много, ласка не тронет съестных припасов. Перебив мышей, ласка может уйти в другое место, однако молодые и пакостливые начинают озоровать. Этих надо либо выпроваживать, либо истреблять.

За одну ночь одна ласка может уничтожить полдюжины крольчат или десятка два цыплят и пару несушек. Более крупных животных своим озорством (щекотанием, запахом и писком) сытый зверёк доводит до истощения.
Крольчихи, оберегая выводок беспрерывным топаньем, слабеют на глазах.
Настоящим бедствием становится лактирующая ласка (кормящая самка), поселившаяся с детёнышами в коровнике. Ласка — одно из немногих диких животных, способное присосаться к вымени. Хитрость заключается в щекотании, в том, как сосёт этот зверёк, быстро-быстро перебирая лапками по вымени. От такого щекотания соски приоткрываются, и молоко начинает вытекать тончайшими струйками. Напившись, накормив потомство, ласка убегает, а молоко ещё долго продолжает стекать на землю. Если случается, что утром корова зажимает молоко (не поддаётся дойке), то следует оценивать ежедневный урон в зависимости от молочности коровы литров в 10-20.

Особую «слабость» ласка питает к лошадям. Точнее к лошадиному поту, который ласка слизывает, получая важные минеральные соли. И здесь проявляется то ли ещё до конца не изученная избирательность ласки, то ли собственная потребность в этом зверьке у определённых лошадей. Как бы то ни было, но утром некоторые лошади стоят в мыле и не могут тронуться с места, разом отменяя все гужевые планы. Однако (если очень повезёт) в стойле будет стоять довольный, с гривой, заплетённой в косички, конь. Цыгане с умилением следуют за такой избирательностью и уже никак не желают расставаться с «обласканной» лошадью.

Истребление.

Выпроваживают ласку помещая на скотном дворе козла. Обычно старого и максимально вонючего. Хватает двух-трёх дней.

С древнейших времён цыгане специально держат одного такого и передают его из деревни в деревню. На определённом историческом этапе «Хождение с козлом» («Вождение козла») [5] подверглось символизации и трансформировалось в театрализованный ритуал изгнания всяческой нечисти, связанный со святочным обрядовым плодородием.

Не следует забывать, что долгое присутствие «благоухающего» козла, даже убранного венком и лентами, мало кто выдержит.
Другой способ выпроваживания подсказывают кролики. Как всякое подземное животное ласка чутко реагирует на землетрясения. Поэтому достаточно установить пару ветряков, передающих через шест колебания в землю. Попутно такое устройство будет защищать участок от кротов, землероек, тех же крыс и мышей. Летом можно также втыкать в землю отпугиватели кротов и всяческие вибраторы.

Ловля и приручение.

Ловят ласку главным образом черканом. В качестве приманки используют воробьёв.

Там, где на неё не охотятся, ласка почти не боится человека. Ранней весной или поздней осенью, когда ласка оказывается белой в отсутствие снега, её можно увидеть за сотни метров. Если подойти к зверьку, он спрячется, но через несколько минут обязательно выглянет. Если стоять тихо, не делая резких движений, любопытный зверёк может подойти вплотную к неподвижному наблюдателю и даже взять кусочек лакомства (кусочек колбасы или сыра). Постепенно, ласку можно приручить.

Те, кто не разводит домашнюю живность (охотники, мельники, садоводы, дачники и т.п.), иногда нарочно ловят ласку на воле и пускают в амбары, погреба, подполья и кладовые для истребления крыс и мышей. [6]

89 — ласка (89a — летом, 89b — зимой);

90 — горностай (90a — летом, 90b — зимой);

Ласка. Этимология.

Скорее всего, слово ла?ска тождественно названию птицы ла?сточка (и его многочисленным вариантам: ла?стка, ла?стовка, ла?стушка, ла?стица, ла?стовица ), вместе с которым оно восходит к славянскому laska «любовь, ласка», которое употреблено как название зверька по мотивам табу. [7]

Родственное с ла?сый — «ласковый, льстивый, жадный, падкий на лакомства». Далее сюда же лат. lasc–vus — «резвый, шаловливый; разнузданный, сладострастный». [8]

[1] Кисловской С.В. Кашинский край. Калязин, 1926. С.19

[2] «Эта гнусина (ласка), поймавшись за шею тетери, так крепко прилипает, что ни за что не оторвётся, и так проворна, что на взъёме душит косачей и, перекусив им глотки, падает с ними на земь, и никогда сама не убьётся». Черкасов А. А. Записки охотника Восточной Сибири. Иркутск, 1987

[3] Розанов М.П. Ласка. Mustela nivalis. Цит. по: «Питерский охотник. Ласка».

[4] Гура А.В. Ласка (Mustela nivalis) в славянских народных представлениях. // Славянский и балканский фольклор. М., 1984. С. 130—159.

[5] Белова О.В. Коза, козёл.// Славянские древности: Этнолингвистический словарь. М., 1999. Т.2. С. 522—524.
См. также: Галина Опанасенко. Йоулупукки и Юлеманден. Компания весёлых старичков; Владимир Лобачев. Коляда.

[6] Черкасов А. А. Ласка. // Записки охотника-натуралиста. М., 1962

[7] Трубачев О.Н. Этимологич. исследования по рус. языку. М., 1962. т.II, С. 29-32.

[8] Фасмер М. Этимологический словарь рус. языка. М., 1986. т.I, С. 353, 354.

Когда почва промерзла и основная часть дичи затаилась до поры до времени, приходит время добывать кроликов из-под земли с помощью хорька, ружья и собаки

Вот как проходит такая охота в Швеции.

Охотничье трио, которое собирается выгнать кролика из норы, составляют страстный охотник Матц, его опытный ретривер по кличке Ирис и хорек-альбинос Пипи. Последний конечно же является главным действующим лицом, так как без его помощи никакой возможности выкурить ушастых из нор не представляется. Матц осторожно высаживает Пипи перед заветным входом в нору, а Ирис тем временем внимательно наблюдает за происходящим, сидя неподалеку.

Нервы напряжены до предела, когда из кроличьих «катакомб» слышится шорох. Откуда выскочит зверек? И вот раздается отчетливый шорох, а затем из норы выскакивает косой. Теперь главное отпустить его на нужное расстояние, потому что вблизи дробовой сноп летит еще слишком кучно и, при попадании, от лакомой добычи может мало что остаться.

На сей раз все вышло очень удачно и Ирис с гордостью подает добычу хозяину. Надежно апортирующая собака очень важна при охоте с хорьком, так как, если подранок все же успеет понориться, то, скорее всего, будет безвозвратно потерян.

Каждый, кто побывал на охоте с хорьком, знает, какое это испытание выдержки охотника: проворный четвероногий помощник исчезает под землей и долго не появляется. Минуты кажутся часами, концентрация ослабляется, а холод неудержимо ползет, распространяясь от ног по всему телу. Когда же вдруг из норы выскакивает серый разбойник, он зачастую уходит без выстрела. Но самое главное все же, чтобы вслед за ним появился и хорек.

Лучше всего подманить Пипи добытым кроликом, в которого он тут же вцепляется. Это является и своего рода мотивацией для маленького помощника, а следовательно, и залогом того, что к концу дня Матц будет с хорошей добычей.

Сегодня охота удалась на славу: из подземелий был выгнан и добыт 21 кролик! Звезда охоты, хорек Пипи, наслаждается успехом в кругу своих друзей.

Читайте так же:  Смесь для крольчат