Кролики в чернобыле

За последние 33 года вокруг чернобыльской катастрофы накопилось невероятное количество мифов и городских легенд. Рассказы о лесных монстрах, животных и людях, видоизмененных радиацией, особенно популярны. Какие монстры спрятаны в зоне отчуждения?

Красный Лес расположен в Чернобыльской зоне ограниченного доступа , месте, где после катастрофы были получены самые высокие дозы радиации. Деревья в этом районе погибли из-за сильного радиоактивного загрязнения, а также взрыва и пожара в реакторе 4 загрязнили почву, воду и атмосферу.

Название не случайно, потому что оно происходит от красновато-красного цвета сосен, которые погибли из-за поглощения высокой дозы радиации. Территория вокруг Красного леса до сих пор остается одной из самых загрязненных территорий в мире.

Среди обитателей Красного леса есть огромный склеп, напоминающий ворона, где обитает чрезвычайно агрессивный — скрещенный с собакой, волком и кролем зверь, который, по сообщениям СМИ, бродил в лесу Кампинос и мстил людям за разрушение природы.

Оборотни , сверхестественные по размеру гибриды собаки и волка , предположительно питаются человеческим мясом и нападают на любого, кто мешает им. Они непредсказуемы и даже выходят в районы за сотни километров от Чернобыля. Им приписывают большинство случаев нападений на людей, и легенды об их выдающейся агрессии по-прежнему актуальны и сегодня.

Кролис, о нем заговорили в конце 80 — х и 90 — е годы, когда страшная химера загадочно появилась даже в Польше а именно в кампиноской Пуще. Мутант, будучи комбинацией кролика и лисы, напал на туристов, пережевал тормозные магистрали и шины. Он также укусил автомобильные выхлопные трубы. В 1990 году предупреждение о постчернобыльском мутанте появилось даже в новостях ТВ. Журналисты представили в эфир письма от испуганных зрителей и рассказы о детях, которые встретили короля в лесу.

Следующие герои чернобыльских легенд — Сомы-людоеды, населяющие Припять. Река в 1986 году была сильно повреждена из-за аварии реактора на Чернобыльской АЭС.

Рыбы-мутанты из Припяти растут до невероятных размеров и являются одними из самых крупных в мире. Способны ли они напасть на человека и пожрать его полностью, это неизвестно. Их размер выше среднего, однако, является фактом, который объясняет условия, в которых сомы развиваются и живут, а также практически нулевую активность человека в их естественной среде.

Чернобыльский ворон , огромную черную птицу, напоминающую ворона, в первый раз наблюдали сразу после взрыва, когда она кружила над электростанцией. Она была в несколько раз больше обычного ворона и имела красные блестящие глаза. С самого начала она была связана с Мотманом (человеком-мотыльком), крылатым демоном, предвестником катастрофы. Городская легенда гласит, что красноглазые существа по сей день обитают в закрытой зоне вокруг красного леса.

В Сети обсуждают видео, на котором по зоне отчуждения в районе Чернобыльской АЭС бежит животное, напоминающее то ли оленя, то ли лося. С той лишь разницей, что – если верить тому, что на картинке, – у животного нет рогов и шеи – голова растет прямо из туловища.

Есть и более изощренные предположения. «Это кролик-олень! Я клянусь», – пишет один из пользователей. «Кто этот покемон?» – спрашивает другой. Еще один из прокомментировавших допустил, что на видео запечатлена помесь лошади с коровой. А некоторые даже не пытаются гадать, кто перед ними, и эмоционально пишут: «О боже! Убейте это!».

На Чернобыльской АЭС 26 апреля 1986 года произошла крупная авария, в результате взрыва был разрушен четвертый энергоблок, а в окружающую среду попал большой объем радиоактивных веществ.

Из 30-километровой зоны были эвакуированы более 115 тысяч человек, природа стала отвоевывать свое, превращая когда-то жилые районы в лес. В зоне отчуждения, куда запрещен свободный доступ, нет людей, остались только животные и растения, которые, как показали наблюдения, подверглись мутациям, но незначительным.

Несмотря на то что природа продолжает успешно справляться с последствиями мутаций, это не мешает возникновению легенд о кошках с тремя головами, оленях с головой лисы и тому подобным байкам.

Что еще предъявит миру печально известная зона отчуждения? Какие тайны хранит самая страшная техногенная авария в истории человечества? Обо всем этом – в новом документальном фильме телеканала «Звезда» «Чернобыль. О чем молчали 30 лет?» в воскресенье в 19:20.

Австралийский и португальский художники изобразили на стенах Чернобыльской АЭС первые рисунки к 30-летию катастрофы.

Художник Гвидо Ван Хелтен из Австралии в память о ликвидаторах последствий Чернобыльской аварии, произошедшей 26 апреля 1986 г., оставил свой стрит-арт на пятом реакторе АЭС. Об этом в Facebook сообщила гражданская организация Art United Us.

«В память о тех кто отдал своё здоровье и жизнь, в память о тех кто потерял своих близких 30 лет назад, в ликвидации последствий взрыва на ЧАЕС, художник Гвидо Ван Хелтен нарисовал мурал в реакторе в Чернобыле», –пишет Art United Us.

Кроме того, на Чернобыльской АЭС португальский художник Антонио Коррейя на стене одного из домов в Чернобыльской зоне изобразил на белом фоне скачущих кроликов.

Об этом на своей странице в Facebook сообщило творческое сообщество Sky Art Foundation.

«Работа на такой локации – это вызов и мечта многих стрит-артистов, а также большая ответственность. Ведь рисунок связан с трагедией, произошедшей 30 лет назад. Трагедией, которая задела многие страны и поколения», – отметил Антонио Коррейя.

По словам художника, кролики символизируют возвращение животных и всего живого на территорию, которая считалась непригодной для существования.

В память об аварии, случившейся ровно 30 лет назад, в Беларуси 26 апреля открыли виртуальный музей памяти Чернобыльской катастрофы. Портал содержит три экспозиционных зала: авария, ликвидация последствий и возрождение пострадавших регионов.

На сайте есть уникальная коллекция документальных фотографий. Виртуальный музей также показывает современный взгляд на чернобыльское наследие Беларуси, знакомит посетителей с чернобыльским творчеством.

«События того рокового дня разделили судьбы миллионов людей на ДО и ПОСЛЕ. Радиоактивные осадки коснулись всех европейских стран. Впервые угроза техногенной катастрофы мирового масштаба стала реальностью. Более всех стран от последствий чернобыльской катастрофы пострадала Беларусь», – отмечается на сайте виртуального музея.

На Украине руководитель института национальной памяти Владимир Вятрович заявил, что власти не будут декоммунизировать зону отчуждения вокруг Чернобыльской АЭС. Об этом он сообщил 26 апреля на своей странице в Facebook.

«Чернобыльская зона – единственное место на Украине, где останутся коммунистические символы», – написал Вятрович.

В свою очередь президент Владимир Путин отметил, что Чернобыль стал серьезным уроком для всего человечества, а его последствия до сих пор суровым эхом отзываются и на природе, и на здоровье людей.

«Мы с полным правом считаем участников ликвидации последствий этой страшной катастрофы настоящими героями и склоняем головы перед светлой памятью погибших.

И конечно, низкий поклон ликвидаторам-ветеранам, которые не забывают об ушедших товарищах, поддерживают их семьи, активно занимаются востребованной общественной деятельностью», – передает слова Путина сайт Кремля.

Как выяснили социологи ВЦИОМ, 58% россиян с одобрением относятся к развитию атомной энергетики в стране. Интересно, что в 1990 г. развитие данного источника энергии в России поддерживали лишь 14%.

На вопрос: «сможет ли в России повториться катастрофа, подобная Чернобыльской», 44% респондентов ответили «маловероятно», еще по 20% выбрали варианты «вполне вероятно» и «практически исключено».

Наиболее серьезными последствиями аварии россияне назвали рост заболеваний и смертности в результате радиоактивного заражения – 61%. На втором месте расположился вариант «ущерб природе и окружающей среде» – 17%.

Фото: Art United Us; Sky Art Foundation; Музей Чернобыльской катастрофы

Подписывайтесь на наш канал в Яндекс.Дзене

Поделиться этим материалом в социальных сетях и мессенджерах

Фото: Максим Дондюк

Автором первого в городе мурала стал португалец Антонио Коррейя

Отмечается, что рисунок изображает зарождение новой жизни после техногенной катастрофы. Так, кролики на стене, символизируют возвращение животных и возрождение всего живого на территорию, которая считалась непригодной для существования.

Как пояснил основатель благотворительного арт-фонда Sky Art Foundation Дмитрий Палиенко, роспись стены в зоне отчуждения является своеобразным манифестом. «Привлечение внимания широкой общественности к катастрофе, напоминание о том, как следует обращаться с атомом и не забывать, что нет ничего важнее, чем человеческая жизнь», — отметил он.

Сам художник признался, что работа в Чернобыле является мечтой многих мастеров. «Работа на такой локации – это вызов и мечта для многих стрит-артистов, а также большая ответственность. Ведь рисунок связан с трагедией, произошедшей 30 лет назад. Трагедией, которая коснулась многих стран и поколений», — сказал Pantonio.

Фото: Максим Дондюк

Фото: Максим Дондюк

Фото: Максим Дондюк

Напомним, 26 апреля 1986 года в 1:23 во время проектного испытания турбогенератора № 8 на энергоблоке № 4 произошел взрыв, который целиком разрушил реактор. Здание энергоблока, кровля машинного зала частично обрушились. На блоке возникло более 30 очагов пожара, которые в основном подавили к 2:30. К 5 часам утра пожар был ликвидирован.

Из-за аварии в окружающую среду, по различным оценкам, попало до 14·1018 Бк, что составляет около 380 миллионов кюри радиоактивных веществ, в том числе изотопов урана, плутония, иода-131, цезия-134, цезия-137, стронция-90.

Если вы нашли ошибку в тексте, выделите её мышью и нажмите Ctrl + Enter

Профессор Роберт Ильязов о сериале HBO, Щербицком и Легасове, жизни в 30-километровой зоне отчуждения

На следующей неделе будет очередной повод вспомнить о Чернобыльской АЭС — 26 сентября 1977 года станция была введена в эксплуатацию. Ученый Роберт Ильязов принимал участие в эвакуации деревень из зараженной зоны во время катастрофы 1986 года. С тех пор член-корреспондент АН РТ уже более трех десятков лет регулярно приезжает в эти места. В интервью «БИЗНЕС Online» Ильязов рассказал, чем он занимается вблизи Чернобыля и когда в этих краях земля очистится от радиации.

Роберт Ильязов: «Информация о том, что Чернобыльская АЭС взорвалась, разошлась по закрытым каналам института, где тогда работал. Открытых сведений о катастрофе не было» Фото: Гульназ Бадретдин

— Роберт Гиниятуллович, как вы узнали про трагедию на Чернобыльской АЭС?

— Сначала я поехал туда в командировку, а потом по приказу Госагропрома СССР от 3 июля 1986 года был переведен младшим научным сотрудником вновь созданного Белорусского филиала Всесоюзного НИИ сельскохозяйственной радиологии из Всесоюзного НИИ вирусологии и микробиологии. Информация о том, что Чернобыльская АЭС взорвалась, разошлась по закрытым каналам института, где тогда работал. Открытых сведений о катастрофе не было. Что там творилось, никто не знал. И, к сожалению или к счастью, никто не думал об опасности, когда туда ехал.

— Не думали или не осознавали?

— Не осознавали, наверное, хотя радиологи уже знали, что это радиация и что она может негативно повлиять на здоровье человека. Но даже в голове этого не было: надо спасать — страну, людей. Когда приехали, узнали, что все ужасно, что надо действовать быстро, нужно эвакуировать людей. В первую очередь с нашей стороны нужна была грамотная консультация и организация эвакуации людей. Многое уже было сделано неграмотно, к сожалению, началась радиофобия — боязнь радиации. Врачи, учителя и корреспонденты стали сеять панику среди населения о страшных последствиях радиации.

— А где вы тогда работали?

— Был научным сотрудником во всесоюзном НИИ вирусологии и микробиологии . Потом — в Белорусском научно-исследовательском институте сельскохозяйственной радиологии в Гомеле. Мы отвечали за сельское хозяйство.

Вообще, по итогам чернобыльской катастрофы из всех отраслей народного хозяйства больше всего пострадало сельское хозяйство: все загрязнилось, выращивать продукты питания было невозможно. Основная задача нашего института заключалась в разработке технологии выращивания экологически безопасных продуктов сельского хозяйства для производства биологически полноценных продуктов питания. И мы с ней справились — разработали технологии. Выполняя наши рекомендации, которые мы внедрили, сегодня в Республике Беларусь в зоне радиоактивного загрязнения производят абсолютно чистую продукцию растениеводства и животноводства.

— Каким образом это удалось?

— Сначала мы изучили закономерности миграции радиоактивных веществ из почвы в растения, из растений в животных, из животных в продукцию, от продукции к продуктам питания — так называемая трофическая пищевая цепочка. Для человека она начинается от почвы, мы все это учли с учетом природно-климатических и почвенных условий. Создали институт — к сожалению, до катастрофы там ни одного радиолога не было. Я в Беларуси подготовил четырех докторов наук, девятерых кандидатов наук, создал свою научную школу по радиобиологии и экологии, они продолжают работать, создают уже свои научные школы. Сегодня в плане радиоэкологии и защитных мер там очень грамотно все решается. Конечно, в первый период после Чернобыльской катастрофы было много трений между учеными. Мы, радиологи-профессионалы, убеждали ученых Академии наук Беларуси в том, что можно производить экологически безопасную сельхозпродукцию для получения нормативно чистых продуктов питания с целью снижения внутренней дозы облучения населения. Однако иногда эмоции брали верх и звучали такие заявления: «Всех русских в Рязань, а тебя, татарина, в Казань», — пальцем показывали. В то время первым замом предсовмина БССР был Юрий Минивалич Хусаинов, наш земляк из Лениногорска. Он всегда поддерживал нас, ученых-радиологов, и нам удалось организовать научно производственные испытания новых технологий, которые мы разрабатывали в экстренном порядке и внедряли их для достижения поставленных целей. Много чего было — наши идеи не сразу воспринимали. Я им говорил, что идти некуда, эвакуировать некуда, вас никто и нигде не ждет, поэтому мы должны научиться жить здесь и разрабатывать технологии. Вот этим мы занимались, и занимаемся по сей день.

«Горбачев был одиозной фигурой, тогда он принимал ключевые решения» Фото: Фотохроника ТАСС

«ЭТО ГОРБАЧЕВ НЕ ДАВАЛ ЭВАКУИРОВАТЬ ЛЮДЕЙ»

— Вернемся к событиям 1986 года. Ликвидаторы — это действительно были солдаты срочной службы, которых туда привезли? Или были те, кто приехал по зову сердца?

— Самостоятельно туда никто не приезжал, такого не было. Велся строгий учет, запись, — там была зараженная зона. Первая задача была — быстрее эвакуировать население из опасной зоны, чтобы защитить их и спасти. И объяснить населению, какие уровни радиации опасны, а какие — не опасны, чтобы людей как-то успокоить. К сожалению, радиофобия там сохраняется по сей день…

— Но то, что людей эвакуировали не сразу, — это же реальный факт! В украинских и белорусских городах успели пройти первомайские демонстрации…

— Были. Об этом нужно спрашивать Михаила Горбачева. Он был одиозной фигурой, тогда он принимал ключевые решения. Горбачев во многом виноват в том, что не разрешал вовремя эвакуировать население. Это его личная ответственность, как генерального секретаря. Он трус, он не мог принимать правильные решения. Горбачев очень много слушал разные сплетни, и именно из-за этих сплетен вычеркнул Легасова из списка награждаемых. Он показал свою некомпетентность, нерешительность, бездействие.

Читайте так же:  Время забой кроликов

«В 1987 году я был награжден благодарностью за подписью Щербины за активную работу. Я эвакуировал 38 деревень, за эту эвакуацию меня и наградили» Фото: Гульназ Бадретдин

— Действительно ли Горбачев был вынужден признать аварию только после того, как о ней узнали на Западе?

— Да. Сами чиновники, которые ответственны за эту отрасль, боялись доложить Горбачеву. Такая была полуграмотность и безответственность.

«В ФИЛЬМЕ ТАК ПРЕПОДНЕСЛИ, БУДТО В СОВЕТСКОМ СОЮЗЕ БЫЛИ ОДНИ АЛКОГОЛИКИ»

— Конечно, не могу вас не спросить о нашумевшем недавно американском сериале HBO «Чернобыль». Вы его посмотрели?

— Фильм неудачный. Хотя главная идея правильная — нужно оставить память об этой аварии будущим поколениям. Но она должна быть правдивой, а тут сработал чисто голливудский подход. Например, там так преподнесли, будто в Советском Союзе были одни алкоголики, даже ученые. Столько там водки! Но водки в Чернобыле никогда не было.

— Но у ликвидаторов же было какое-то специальное питание?

— Столовая в Чернобыле была шикарная, она работала круглосуточно. Питание было очень хорошее, витаминизированное, но водки — никогда!

Фото: Гульназ Бадретдин

— В одном документальном фильме рассказывали, что ликвидаторам раздавали Pepsi-Cola…

— Глупости. Какая Pepsi-Cola в то время! Мы даже не знали, что это такое.

В первой серии американского фильма показывают зампредседателя Совмина СССР Бориса Щербину… Кстати, в 1987 году я был награжден «Благодарностью за активное участие в работах по ликвидации последствий аварии на Чернобыльской АЭС» от 06.10.1987 за подписью Щербины. Под моим руководством вместе со специалистами Гомельского облисполкома и Наровлянского, Хойникского и Брагинского райисполкомов БССР приходилось эвакуировать население и сельскохозяйственных животных из 38 деревень, за эту эвакуацию меня и наградили. Позже Верховная рада Украины повторно передала мне благодарность от имени Щербины за участие в ликвидации последствий Чернобыля. Они даже руководителю аппарата президента Татарстана это письмо отправили. Так вот, в фильме показан не его характер. Щербина не таким был, каким его играет актер, — американцы вообще не понимают нашу душу, что там говорить!

«Верховная Рада Украины повторно передала мне благодарность от имени Щербины за участие в ликвидации последствий Чернобыля» Фото: Гульназ Бадретдин

«НЕДОСТАТОК» ЛЕГАСОВА

— А профессор Валерий Легасов?

— А вот образ Легасова, представленный в фильме, абсолютно точный. Он говорил правду — о том, что люди, пожарные погибнут. Кроме Легасова об этом никто не говорил. Другие об этом знали и молчали. Он настоящий, народный герой. Но его деятельность в фильме преподнесли однобоко, он никогда не принимал решения в одиночку, в Чернобыль тогда приехали сотни ученых со всех уголков Советского Союза. «Недостаток» Легасова, в кавычках, — как, собственно, и у меня, — в том, что он всегда говорил правду. И он был таким ученым, который сразу просчитывал последствия. В научном мире, к сожалению, таких мало. За то, что он говорил правду, его не любили, естественно. Тем более в Советском Союзе, где все было режимное, закрытое.

Среди ученых всегда есть те, которые лебезят перед начальством, угодники. Он таким угодником никогда не был. Легасов внес очень большой вклад, и то, что ему не присвоили звание Героя соцтруда, — полнейший идиотизм советской системы. Но систему эту кто создавал? Окружение — такие же завистливые ученые с сомнительными званиями. И создали такое мнение, что Горбачев не подписал указ на его награждение, хотя имя Легасова было в списках. Он в принципе боролся с системой — уродливой системой советского времени.

— Вы были лично с ним знакомы?

— Мне приходилось участвовать в трех научно-технических советах, когда принимались решения об эвакуации — я боролся с последствиями аварии. Они же физик, а я радиоэколог. Моя первая научная специальность — радиобиология.

— А как вы узнали и как восприняли новость о том, что профессор Легасов трагически ушел из жизни?

— Для меня это настолько было неожиданным… На одной из научных конференций в кулуарах нам сказали, что он болеет; все знали, что он получил большую дозу облучения. Конечно, морально его добили: то, что руководство страны его не восприняло, то, что он был в списке награждаемых, — и вдруг его там не оказалось… Мне кажется, это сыграло большую роль. Он не показал это внешне, но начал писать. Его последнюю статью опубликовали в газете «Правда».

Я, как и он, тоже всегда говорил правду, за что трижды был уволен с работы. Когда я впервые описал радиационные поражения среди диких и сельскохозяйственных животных, находящихся в ближней зоне катастрофы (лучевую болезнь), в мой адрес много было негативной реакции от «корифеев науки», кем только не обзывали. И когда член-корреспондент Академии медицинских наук СССР Ангелина Константиновна Гуськова — величина, которая впервые в мире изучила и написала книгу «Острая лучевая болезнь», — написала положительный отзыв на мою монографию, для меня это была огромная радость. Уже десять лет, как она ушла в иной мир. По сложившимся ситуациям мною впервые изучена хроническая лучевая болезнь сельскохозяйственных животных и диких млекопитающих с преимущественным радиационным поражением щитовидной железы.

Когда я начал писать книгу про хроническую лучевую болезнь, меня в институте не восприняли всерьез, для них я был «неуправляемым татарином»: я никого не слушал, у меня было свое мнение, все делал по совести. Когда мы уже получили результаты и после того, как описанное мною стало совпадать с экспериментальными данными, только тогда меня начали признавать. В науке есть две категории ученых, из них 20 процентов, к которым я отношусь, — те, кто говорит правду, но в науке иметь свое мнение и отстаивать его очень дорогого стоит. Вот Легасов и говорил правду! Его правда же потом сбывалась! Правда в науке всегда должна быть. Те люди, которые говорили в угоду властям, в материальном плане, конечно, приобрели, и в Москве получали большие квартиры, а мне никто ничего не предлагал. Но в то же время за мужество и самоотверженность , проявленные при ликвидации последствий Чернобыльской катастрофы я награжден орденом Мужества, наравне с другими великими и честными учеными Велиховым (академик, физик-ядерщик Евгений Велиховприм. ред.) и Легасовым, которому дали его посмертно. Я эвакуировал 38 деревень. Представляете — взять на себя такую ответственность! Молодой был, смелый.

«Легасов внес очень большой вклад, и то, что ему не присвоили Героя соцтруда, — полнейший идиотизм системы» Фото: © Борис Приходько, РИА «Новости»

«ЖИВОТНЫХ ЭВАКУИРОВАЛИ НА ВТОРОЙ ДЕНЬ, А ЛЮДЕЙ ОСТАВИЛИ, ЗАБЫЛИ»

— Когда была эвакуация, люди понимали, что они уезжают навсегда?

— Не понимали. Мы сами-то не знали. Главное, с чем я столкнулся (после аварии прошло четыре месяца), — животных эвакуировали на второй день, а людей оставили, забыли. Четыре месяца прошло! Таких случаев было немало. Конечно, при эвакуации было допущено много ошибок — власти были абсолютно не готовы к этой ситуации. Кому война, кому рай — воровства там было очень много…

Вы вспомнили про сериал «Чернобыль». Вот еще небылицы оттуда. Там показывают, как женщина доит корову, а солдат ее расстреливает. Это чистейший «голливуд», такого никогда не было! И эти партизаны, которых призывали через военкомат, якобы жили в брезентовых палатках… Я такого никогда не видел.

И такого жестокого отстрела собак, как показано в фильме, тоже не было. Да, санитарный отстрел собак — это оправданное дело, я лично настоял на этом, чтобы инфекция не распространилась. Но происходило это более гуманным способом: в ветеринарно-санитарной службе сделали приманки, куда добавили яд, дали их собакам, а утром уже приезжала машина и собирала трупы. Это был самый гуманный способ усыпления. Нужно было что-то делать с домашними животными, потому что помещать их было некуда. И уничтожать собак мы разрешили только в городских поселках, где их было много. А в деревнях — нет, там это регулировалось естественным путем. В деревнях люди ушли, а кошки и собаки остались. В фильме показывают кадры, где собака ест хозяйку на кухне. Никогда! Зачем такие страшилки показывать? Это очень плохо отразится на детях, на будущих поколениях. Конечно, в деревнях собак и кошек очень много осталось, мы их не разрешали людям брать с собой, потому что они были радиоактивно грязные. В итоге что случилось? Во-первых, со стороны БССР мы некоторых бабушек в этих деревнях оставляли. Представьте, на колени перед тобой встает бабушка, ей 90 лет, и она плачет. Вместе с ней я плачу. Я сам из деревни, вырос на фундаменте нравственности, порядочности и честности, говорил им: «Вы не плачьте, пожалуйста, и останьтесь здесь жить». А эти собаки и кошки около бабушек собирались. Один раз мы приехали через 30-километровую зону, осень, пошел снег, темно, ничего не видно. Остановились у одной бабушки, которая меня сразу узнала, но к ней зайти не можем — штук 50 собак ее охраняют! Пока она вышла и накормила их, прошел час. Как только накормила, они уже стали не лаять, а облизывать нас всех, настолько сильна у них была ностальгия по людям.

Потом они стали скрещиваться с волками, через три года появились помеси волко-собаки — вот это уже страшно. Волк боится человека, а волко-собаки нет, они нападают. С этим мы начали сталкиваться. А кошки исчезли. Я думаю, кошек начали ловить те же собаки, что-то же нужно было есть — это закон природы.

Чтобы увеличить, нажмите (фото: Гульназ Бадретдин)

— А как старушки там жили, ведь ни электричества, ничего не было?

— Там, где остались бабушки, свет мы оставили, на самой станции же все структуры работали. Бабушки доживали свой век, позже нам приходилось организовывать их похороны. В основном помогала милиция, которая охраняла зону. Потом появилась другая проблема — со всех уголков СССР там стали собираться сбежавшие из тюрем бандиты. Для них там была благополучная среда — там столько еды осталось: соленья, варенье, самогон. После этого пришлось эти дома сносить и все выровнять. А сейчас там дикая фауна, флора процветает, создали радиационно-экологический заповедник, в нем появилось очень много диких животных, которых раньше не было. Сейчас там в радиационном плане нагрузка есть, но не такая большая. Первое время животные, конечно, как и люди болели.

Что мне еще не понравилось в фильме? Там живых людей называют биороботами. Это глупости — никто никогда так людей не рассматривал. Я тоже там был — я что, биоробот?

«В 30-КИЛОМЕТРОВУЮ ЗОНУ НИКТО и НИКОГДА НЕ ВЕРНЕТСЯ»

— Как долго вы пробыли в Чернобыле?

— Я там работаю по сей день — уже 34-й год. Начал в 1986 году. Из нашей бригады, с кем мы туда ездили,к сожалению, уже никого нет в живых. Очень многие мои коллеги, с кем я начинал работать, уже ушли.

— А когда вы в последний раз там были?

— В начале ноября 2020 года. Я по сей день являюсь научным консультантом Института радиологии МЧС Республики Беларусь, который мы создавали сами в 1986 году.

— Какие задачи вы решаете в Чернобыле?

— Сейчас там в основном ставятся задачи рекультивации земель — возвращения их обратно в сельскохозяйственный реестр. Радиационно-экологический заповедник — это уже отдельная структура. Они решают свои задачи — поддержка зоны, радиоэкологический мониторинг окружающей среды и контроль за животным миром.

Зона заражения Фото: Гульназ Бадретдин

— То есть люди уже могут туда вернуться?

— Со стороны Беларуси уже очень много вернулись обратно, потому что зона прошла рекультивацию, там работают технологии, которые мы в свое время разработали и внедрили, получают нормативно чистую продукции сельского хозяйства, выращивают технические культуры. Например, зерно, которое не подходит для хлеба, кормов, идет на спиртовую промышленность. Со стороны Беларуси невозвращенных земель уже нет.

— На каком расстоянии находится ближайший к Чернобылю населенный пункт Беларуси?

— Это Наровля, если по воздуху — километров 35–40. Но 30-километровая зона вокруг самого реактора загорожена колючей проволокой. Туда никто не может проникнуть — ни животные, ни люди. И браконьеры туда не могут пролезть, поэтому внутри этой зоны очень много краснокнижных птиц, волков, оленей, лосей. Все это регулируется: если волков становится больше, значит, меньше кабанов, а если численность кабанов увеличилась, значит, нужно повышать количество волков. Сотрудники заповедника регулируют эту популяцию.

— Получается, самоселов там нет и никогда не было?

— В 30-километровую зону никто никогда не вернется, туда нельзя возвращаться. Вернули людей туда, где можно жить. Самоселов там, где на самом деле опасно, конечно, нет, им не разрешили остаться. Они приезжают на родительский день, на кладбища, но находятся там всего полтора-два часа, дольше нельзя, иначе они получат большие дозы облучения.

— Вообще, сколько лет длилась ликвидация последствий катастрофы? Или можно сказать, что она длится до сих пор, ведь там строят защитный саркофаг?

— Длится по сей день. Недавно там установили новый саркофаг, его гарантийный срок 100 лет. Саркофаг этот нужен, поскольку в четвертом реакторе осталось топливо, оттуда могут происходить выбросы радиации. Хотя старый герметически хорошо сделан, но природный износ, коррозия делают свое. Новый саркофаг — это европейские и американские деньги. Но, чтобы его запустить, денег нет, сейчас ищут средства, чтобы обслуживать это сооружение. Там все не так просто, это целая живая система.

С Робертом Нигматулиным и Роальдом Сагдеевым Фото: Гульназ Бадретдин

«ВСЕ ЭТИ НАБЛЮДЕНИЯ НА ЖИВОТНЫХ АБСОЛЮТНО ПОДТВЕРДИЛИСЬ НА ЛЮДЯХ»

— Вы сказали, что в четвертом реакторе осталось топливо. В некоторых документальных фильмах рассказывают, что Легасов покончил с собой в том числе и потому, что его обвинили в неоправданных человеческих жертвах. Мол, дайверы приехали, посмотрели и сказали, что топлива там нет, и такие человеческие жертвы были не нужны.

— Это абсолютная неправда. Топливо там, конечно, есть. Куда оно денется? Легасов как раз все вовремя сделал. Если бы из-под реактора не выкачали воду, произошел бы второй взрыв — Киева бы вообще не было, Европы не было бы. Легасову надо поставить памятник, хотя звание Героя России ему дали. Топливо там есть, конечно, поэтому саркофаг и поставили.

Читайте так же:  Кролик миакро

Там ведь тоже в первое время не все однозначно было. Судьба так распорядилась, что впервые в мировой научной практике хроническая лучевая болезнь была изучена мной. А про нее и тем более о радиационных поражениях в 1986–1987 годах вообще не принято было говорить. За это могли сразу… И вот в 1987 году мы встретились с Роем Медведевым, он, как диссидент, жил в Англии. Из нашей беседы за рубежом впервые узнали, что в Чернобыле есть проблемы с радиационными поражениями среди животных. Об этом нельзя было говорить вообще. В 1986 году для правительства приготовили первые справки о том, что никаких биологических последствий после Чернобыля не будет, что все хорошо, а уже в конце ноября 1986 года в 30-километровой зоне вокруг реактора в Гомельской области начался падеж диких животных. Тогда пришла очень холодная зима. За нами приехали военные — у нас тогда здания института не было, и мы сидели в здании Гомельского облисполкома. Мы поехали туда, начали вскрывать животных — оказалось, что у них не было щитовидной железы, она была полностью разрушена. И тогда у меня возникла мысль, что здесь были очень большие дозы облучения. Я начал бить в колокола, писать. Мы отбирали группу животных — в зоне ходило очень много бесхозных зверей, которые были больны лучевой болезнью. Тогда мы еще не понимали, что это такое. Я организовал группу животных — 400 голов в одном месте и 200 голов в другом, и мы начали изучать: брать кровь, обследовать. Конечно, это не нравилось руководству, директору института, нам всячески начали препятствовать…

29 апреля 1986 года я должен был защищать кандидатскую диссертацию, но из-за аварии защита отложилась, и я защитил ее в феврале 1987-го. Так вот, я был в Обнинске Калужской области во ВНИИСХР, защищал диссертацию — меня не было в Гомеле десять дней. И к моему приезду животных, которых мы отбирали для изучения хронической лучевой болезни, уже не было. Только и ждали, что я уеду, и по указанию властей сразу сдали их на мясокомбинат. Я тоже не лыком шит — знал, что если уеду, то сразу начнут уничтожать стадо. Половину стада я за определенную мзду перевез в другое отделение в лес, об этом никто не знал. И уже оставшееся поголовье животных мы потом изучили, исследовали проявление хронической лучевой болезни на четырех поколениях животных в течение 16 лет. Впервые в мировой научной практике мы узнали, что такое хроническая форма лучевой болезни с разрушением щитовидной железы.

Дело в том, что дикие и сельскохозяйственные животные являются индикаторами загрязнения окружающей среды. Если вы хотите узнать, что будет с людьми через 5–7 лет, посмотрите на животных — они мало живут, у них уровень обменных процессов высокий, на их примере наглядно можно увидеть, что произойдет с людьми. Я всегда говорил, что такие же последствия могут быть у людей. В итоге среди населения Беларуси через 15 лет число заболеваний раком щитовидной железы увеличилось в 100 раз. В сложившейся тяжелой ситуации сыграли негативную роль эндемические и природно-климатические особенности Белорусского Полесья, где в торфяно-болотных почвах практически отсутствует йод и щитовидная железа человека и животных всегда испытывала недостаток йода и после аварии на Чернобыльской АЭС «жадно хватала» радиоактивный йод. Все эти наблюдения на животных абсолютно подтвердились на людях. В первое время начальству это не нравилось.

Впервые в 1989 году я делал доклад в Люксембурге по радиационной экологии. Тогда прошел первый международный конгресс по радиоэкологии: Европа боялась, что будет дальше. Я сделал доклад о радиационных поражениях животного мира в зоне Чернобыля, за это после возвращения в СССР был уволен с работы.

— Вы говорите, что больных животных отправили на мясокомбинат. Разве можно было есть их мясо?

— Радиация через мясо не передается?

— Передается, но разбавляется чистым мясом до предельно допустимых уровней. Куда девать все то радиоактивное мясо, которое там накопилось за пять-шесть лет? Его было очень много. ЦК КПСС решило, куда его отправлять: смотрели, где не хватает белка в рационе, туда и отправляли. В этом ничего плохого не было.

«Cегодня нужно говорить не о самой аварии, а о последствиях, о том, что произошла самая тяжелая техногенная катастрофа в истории человечества. Какие уроки мы извлекли?» Фото: Гульназ Бадретдин

«ХХ ВЕК БЫЛ ВЕКОМ НАЧИНАЮЩИХСЯ ТЕХНОГЕННЫХ КАТАСТРОФ»

— Когда-нибудь радиация в Чернобыле закончится, земля там станет чистой?

— Для этого нужно 300 лет — 10 периодов полураспада цезия -137. Период полураспада радиоактивного цезия — 30 лет. После 10 периодов полураспада эта зона станет безопасной.

— То есть это еще 270 лет?

— Да, время подумать еще есть. Но сегодня нужно говорить не о самой аварии, а о последствиях. О том, что произошла самая тяжелая техногенная катастрофа в истории человечества. Какие уроки мы извлекли? Я в основном изучаю последствия, этому посвящена моя монография «Чернобыльская катастрофа. Последствия и контрмеры в агроэкосфере». Я впервые изложил философские взгляды и уроки чернобыльской катастрофы. Впервые описал социально-психологические последствия среди населения, пострадавших от техногенной катастрофы, которые не учитываются государством. Сначала населению нужно оказать социально-психологическую помощь, а потом уже — материальную. Вот этого не было сделано. В моей монографии это все описано. Мне даже присвоили звание академика Международной академии психологических наук.

И сегодня надо говорить об этом не так извращенно, как показано в сериале. Такой фильм нельзя оставлять будущему поколению, нужно снять другой, альтернативный, основанный на реальных фактах, пока еще живы эти ученые. Их мало осталось, каждый год умирают. Я в прошлом году похоронил своего шефа, через полгода умер второй начальник, и в этом году перед маем еще одного академика не стало, с которым мы прошли ликвидацию катастрофы с первого дня. Пока остались единичные персоны, надо, используя их знания, создать реальный фильм о том, как это случилось, используя их базу данных, их память…

Необходимо говорить о последствиях и уроках. ХХ век был веком начинающихся техногенных катастроф. ХХI век ожидается веком часто повторяющихся техногенных катастроф и природно-стихийных бедствий — землетрясений. Климат меняется, а его изменение сопровождается землетрясениями и большими цунами. Люди должны быть готовы к катаклизмам. Об этом надо говорить сегодня, а не о том, что пили водку.

Фото: Гульназ Бадретдин

— Можно ли вообще быть готовыми к такого рода катастрофам?

— Да, и об этом я пишу. Нужно к этому обязательно готовиться. Надо готовить молодежь, детей, население к тому, что у каждого человека в жизни будет своя катастрофа. Во время Чернобыльской катастрофы полузнания врачей сыграли очень негативную роль. Полузнание хуже, чем незнание.

— В России сейчас много действующих атомных электростанций?

— Достаточно много: в Воронеже, Ростове-на-Дону, на Урале, в Челябинске, на Кольском полуострове, в Петербурге, Твери, Орле. В принципе, атомная энергетика — самая безопасная, самая экологически чистая электроэнергетика. Атомную энергию отрицать нельзя, это энергия будущего. Если не соблюдать технологии в любых других отраслях, скажем, в нефтехимической, произойдет то же самое. Если, например, «Нижнекамскнефтехим» взорвется, то в радиусе 280–300 километров за два часа никого в живых не останется. Самое главное, везде должны работать профессионалы, и надо соблюдать технологию, цепочку, которая расписана. На Чернобыльской АЭС были явные нарушения, ставили какой-то эксперимент, произошла какая-то глупость. На данный момент как профессор я смотрю: как такое могли допустить?

К аварии на Чернобыле привела безалаберность и несогласованность в самой системе того времени и безответственное отношение к работе. Если у тебя по инструкции нет такого действия, так останавливайте реактор! Зачем вы дальше-то идете? И система сама была виновата — чрезмерная секретность, выполнение планов… Даже перед нами скрывали. Мы же в первые дни тоже не знали состава радиоактивного выпадения. Это все было в руках военных. Нам ничего не давали, и все старались скрывать, скрывать, скрывать. И эта чрезмерная режимная секретность сыграла отрицательную роль. Тогда же и в министерстве здравоохранения не понимали, не знали состава радиоактивных нуклидов в воздухе — не было информации! Старались все держать в одних руках. К сожалению, чиновники одинаковы везде — хоть в Советском Союзе, хоть в России, хоть в Японии. Взять, например, Фукусиму. Они тоже пять дней скрывали, не эвакуировали людей. Хотя, казалось бы, Япония — страна высокой культуры и высокого ума.

«К аварии на Чернобыле привела безалаберность. Отсутствие философии жизни, отсутствие ответственности перед Всевышним и обусловило безответственное отношение к работе» Фото: Гульназ Бадретдин

«ВСЕ МОИ ЗНАКОМЫЕ УЧЕНЫЕ — ВЕРУЮЩИЕ»

— Если бы подобная катастрофа, не дай бог, произошла сегодня, последствия были бы такими же?

— Как сказать. Это зависит от ситуации и от мощности взрыва. Но сейчас, уже с нынешним опытом, поступили бы по-другому, конечно. Человечество должно быть готовым к этому всегда. Структура «пяти П»: профилактика, прогноз, переживание, последствия и преодоление их.

— Вы мусульманин, совершали хадж, в то же время ученый. А разве ученые верят в высшие силы?

И как не верить в Бога! Например, Гомельская область Республики Беларусь мне особенно дорога тем, что во время войны в 1943 году мой дед-красноармеец Ильязов Зинатулла Ильязович в составе 222-й стрелковой дивизии освобождал эту землю и там погиб — пропал без вести. Мне спустя 43 года довелось спасать на гомельской земле белорусов от радиационного поражения после Чернобыльской катастрофы. Получается, что я ходил по стопам своего деда, защищая наших братьев-белорусов от радиоактивного заражения.

Фото: Гульназ Бадретдин

— Удалось найти могилу деда?

— Удалось! Он похоронен в братской могиле в Гомельской области. Я туда ездил, привез оттуда землю — как раз ставил надгробный камень на могилу бабушки и землю эту туда же положил.

Но могила нашлась уже после того, как я переехал жить в Татарстан. Я мимо этой братской могилы, пока жил там, проезжал, наверное, раз тысячу. И не знал, что он там лежит. У меня был хороший друг Анатолий Терещенко, он туда поехал, позвонил мне и говорит: «Роберт, мы нашли — Ильязов Зинатулла Ильязович, красноармеец». В музее хранятся его пилотка и военный билет. Это разве совпадение? Нет, всему свое время.

Все мои знакомые ученые — верующие. И вообще прикладные физики пришли к выводу, что есть параллельные миры. Жизнь вечна. Но, если философски подумать, человечество сегодня идет к уничтожению самого себя — природные ресурсы сжигаем, загрязняем. Представьте, в мировом океане киты начали погибать из-за проблем с экологией. Морская рыба стала радиоактивной! В результате землетрясений поднимаются глубокие воды, и радиоактивные отходы выбрасываются в мировой океан. Такая проблема тоже есть. Сам опыт Чернобыля показал нам, что такое атомная энергия. И к любой другой энергии нужно относиться с ответственностью, на любом рабочем уровне.

Роберт Гиниятуллович Ильязов родился в 1954 году в деревне Старое Дуваново Дрожжановского района ТАССР.

Член-корреспондент Академии наук РТ, доктор биологических наук, профессор. Почетный профессор Казахского национального аграрного университета, профессор Института пищевых производств и биотехнологии КГТУ (КХТИ). Известный ученый в области радиобиологии, радиоэкологии и экологии, эксперт МАГАТЭ по вопросам продовольственной безопасности при радиационных катастрофах, научный руководитель Института радиологии Республики Беларусь, академик Международной академии информатизации, действительный член международного союза радиоэкологов и международной ветеринарно-радиологической ассоциации, эксперт ВАК РФ, член научно-технического совета по чрезвычайным ситуациям МСХ РФ и министерства экологии и охраны окружающей среды Республики Казахстан, действительный член Крымской академии наук.

Внес существенный вклад в ликвидацию последствий самой крупной техногенной катастрофы XX века на Чернобыльской АЭС, в течение 15 лет работал непосредственно в ближней, 30-километровой, зоне и принимал активное участие в создании и становлении НИИ радиологии (Гомель) министерства по чрезвычайным ситуациям Республики Беларусь. Является признанным специалистом по обеспечению экологической безопасности в условиях техногенного загрязнения окружающей среды после радиационных катастроф и в регионах нефтегазодобычи. Имеет большой опыт международного сотрудничества в области безопасности жизнедеятельности населения. Автор международного чернобыльского технического доклада, внедрил противорадиационные мероприятия по защите населения. Работает над проблемами прогнозирования отдаленных последствий радиобиологических эффектов, оценки закономерностей техногенного загрязнения агроэкосистем радионуклидами. Разработал способы реабилитации загрязненных территорий, методы использования сельхозугодий, снижения радионуклидов в продукции растениеводства и животноводства путем нормирования их в почве, кормах, использования сорбентов и природных цеолитов. Под его руководством впервые в Татарстане проведена оценка агроэкологической обстановки и выявлены наиболее техногенно-загрязненные территории агроэкосистем Юго-Восточной зоны, установлены закономерности загрязнения тяжелыми металлами сельхозпродукции, потоки поступления химических токсикантов в организме человека, проживающего в районах нефтедобычи и нефтехимической промышленности. Опубликовал более 300 научных работ, в том числе 13 монографий и учебных пособий. Разработал в соавторстве более 30 руководств, рекомендаций, методик и наставлений. Получил пять авторских свидетельств и два патента на изобретения. Подготовил семерых кандидатов и двух докторов наук. Ильязовым создана научная школа по радиоэкологии.

За мужество и самоотверженность, проявленные при ликвидации последствий Чернобыльской катастрофы, награжден орденом Мужества и памятной медалью «XXX лет ликвидации Чернобыльской катастрофы».

Поделиться сообщением в

После чернобыльской катастрофы 1986 года вокруг бывшего ядерного реактора осталось кольцо пустых деревень. Люди в страхе бежали от радиации. Но сегодня в заброшенные поселки рядом с зоной отчуждения приезжают новые жители.

На улице теплый летний вечер. Марина Коваленко играет в мяч с дочерьми на заднем дворе своего дома.

Ирина и Алена смеются, собака в погоне за мячом распугивает кур.

За забором семейного дома темно и тихо.

В деревне Стещина, на севере Украины, много пустых домов. Заброшены библиотека и магазин. На Стещину наступает лес, из трещин на дорогах и стенах домов торчат пучки травы.

У семьи Коваленко есть соседи, но их немного, и почти всем по 70-80 лет.

Несмотря на отсутствие здесь удобств и возможностей, четыре года назад Марина и ее дочери собрали все свои вещи и переехали жить на расстояние 30 километров от чернобыльской зоны отчуждения.

Читайте так же:  Категории мяса кроликов

Зона отчуждения

26 апреля 1986 года в Чернобыле произошла самая страшная в истории ядерная катастрофа.

В ходе испытаний систем безопасности АЭС начался пожар, из-за которого в течение 10 дней по региону распространялось радиационное загрязнение. Облака на тысячи километров переносили радиоактивные частицы, которые вместе с дождем выпадали по всей Европе.

Тех, кто жил недалеко от Чернобыля — примерно 116 тысяч человек — немедленно эвакуировали. В радиусе 30 километров от взорвавшегося реактора была установлена зона отчуждения, которую позже расширили, чтобы включить больше пораженных радиацией населенных пунктов.

Правообладатель иллюстрации Getty Images Image caption Игрушечные грузовики в заброшенных яслях

В течение следующих нескольких месяцев из зоны эвакуировали еще 234 тысячи человек. Почти все уезжали в спешке. У некоторых семей на сборы было всего несколько часов. Другим говорили, что они уезжают только на пару дней, но домой они так и не вернулись.

Многие из эвакуированных были крестьянами и обеспечивали себя едой сами. После переезда многих из них поселили в городских домах.

Image caption Детские ботинки, найденные в яслях в Припяти

Но некоторые так и не уехали.

Сегодня жить внутри зоны отчуждения запрещено законом. Несмотря на это, там живет от 130 до 150 человек. Среди них много женщин, в возрасте 70-80 лет они продолжают работать на доставшейся им в наследство земле.

А прямо за пределами зоны отчуждения обустраивают свои дома вновь прибывшие.

Построить дом

Дом Марины отчаянно нуждается в ремонте. Половицы прогнили, чугунные радиаторы потрескались. Зимой температура здесь иногда падает до 20 градусов ниже нуля, так что это серьезная проблема.

У семьи есть простейшие удобства — газ, электричество и сигнал мобильного телефона. Туалет — во дворе. С водой проблемы: ее единственный источник — это зараженный колодец, соединенный с домом трубой. Всю воду перед употреблением нужно кипятить.

Дом в хорошем состоянии в селе стоит 3,5 тысячи долларов, однако таких почти нет. Большинство свободных домов — деревянные, бывшие владельцы продают их за несколько сотен.

Image caption Стены спальни разрисовала Ирина

У Марины, когда она приехала сюда, не было денег даже на такой. Зато местный совет предложил ей другой вариант.

В обмен на еду и жилье семья ухаживала за престарелым мужчиной, у которого была деменция. Два года назад он умер, и семья Марины унаследовала дом.

Во дворе Ирина и Алена знакомят меня со своим хозяйством: здесь несколько кур, кроликов и даже пара морских свинок.

Когда сестры не в школе (она находится в пяти километрах от дома), они помогают маме в огороде и смотрят за животными.

Единственный источник дохода семьи — государственная помощь в размере 5135 гривен в месяц (около 183 долларов). Огород очень важен для семейного бюджета, а животные — источник молока и мяса.

Правообладатель иллюстрации Getty Images

В поисках убежища

Марина с дочерьми приехала из Тошковки, поселка городского типа в Донбассе. Четырехлетний конфликт унес жизни десяти тысяч человек. Еще около двух миллионов оказались беженцами.

Конфликт начался в 2020 году.

После российской аннексии Крыма вооруженные сепаратисты, говорившие от имени русскоязычного населения региона, решили действовать. Вокруг Донецка и Луганска, в сердце украинской угольной промышленности, возник сепаратистский анклав.

Image caption Вокруг Чернобыля еще видны следы советской эпохи

Когда сепаратисты начали захватывать деревни и вытеснять украинские вооруженные силы из городов в регионе, дом Марины регулярно попадал под артиллерийский обстрел.

Обстрел прекращался только на несколько часов по утрам. Когда прекращался огонь, каждый пытался жить нормальной жизнью. Ирина и Алена ходили в школу, а Марина — на рынок. Но к полудню стрельба возобновлялась. Большинство ночей семья проводила, укрываясь в подвале.

Как-то раз по пути домой из школы Ирина и Алена внезапно попали под минометный огонь. Марина не могла до них добраться. Жизнь девочкам спасла хозяйка лавки, которая увела их с улицы и дала укрыться в своем подвале.

Тогда Марина решила, что они должны уехать из Донбасса.

Правообладатель иллюстрации Getty Images Image caption В заброшенных деревнях еще остались памятники Владимиру Ленину

По меньшей мере еще 10 семей проделали тот же долгий путь из Донбасса в заброшенные деревни на границе зоны отчуждения.

Как и Марина, большинство из них приехали сюда по совету старых друзей или соседей. Одна женщина рассказывает, что она просто набрала в строке поисковика «где дешевле всего жить на Украине?». И получила ответ — близ Чернобыля.

Опасность под землей

После катастрофы ученые постоянно измеряют уровни радиации в почве, деревьях, растениях и живых организмах в окрестностях Чернобыля, даже на территориях, которые не входят в зону отчуждения.

По словам доктора Валерия Кашпарова из Украинского научно-исследовательского института сельскохозяйственной радиологии, риска заражения воздуха больше нет. Однако в некоторых местах угрозу здоровью людей может представлять зараженная почва.

Команда Кашпарова недавно обнаружила опасный уровень радиоактивного цезия-137 в коровьем молоке, которое производилось вне зоны отчуждения. Коровы ели траву, впитавшую радиоактивный элемент из земли.

Image caption Алена собирает яблоки в семейном саду

Если пить это молоко в больших количествах, можно нанести вред здоровью, в частности, может развиться рак щитовидной железы.

Но эти риски связаны с конкретными местами, говорит Кашпаров. Более 30 лет его команда наносит эти места на карту области, чтобы понять, грозит ли опасность людям, живущим вокруг зоны.

На карте, показывающей распределение цезия-137 из Чернобыльского ядерного реактора, Кашпаров указывает на деревню Стешина, где живет Марина и ее дочери. Он говорит, что есть выращенные там овощи или пить молоко, которое дают стещинские козы, почти безопасно. Сейчас район изучают на предмет опасной радиации в дикорастущих продуктах питания, таких как грибы или ягоды.

Марина говорит, что она думала о риске, связанном с радиацией, но ее семья бежала от гораздо более серьезной опасности — угрозы войны.

«Радиация может убивать нас медленно, но она по крайней мере не стреляет в нас и не бомбит, — говорит она. — Лучше жить с радиацией, чем с войной».

Предприниматели

Менее чем в двух часах езды от Киева, на границе зоны отчуждения, найти новые возможности в заброшенных селах пытаются не только семьи, но и бизнесмены.

Ежедневно Вадим Минзюк выгуливает свою собаку вдоль забора с колючей проволокой, за которым начинается зона отчуждения. Это его любимое место. Ему нравится слушать пение птиц и тишину леса.

«Это как жить на севере Финляндии или на Аляске, — говорит Вадим. — Здесь самая низкая плотность населения во всей Украине — только два человека на квадратный километр».

В своем родном городе Горловка, на востоке Украины, Вадим занимался бизнесом с годовым оборотом более миллиона долларов. Но когда город оказался на линии фронта под обстрелом артиллерии, его фабрики и склады были уничтожены. На месте некоторых из них остались только кратеры.

Бои за Горловку идут до сих пор.

Вадим вспоминает, как из окна видел боевиков, строивших баррикаду у его забора. Иногда две армии — украинскую и сепаратистов — разделяли всего каких-то сто метров.

Более года его семья терпела ежедневные проверки на блокпостах. Он видел трупы на обочинах дорог. Вадим стал свидетелем убийства, когда у него на глазах среди бела дня боевики вытащили из машины и застрелили мужчину.

Сначала Вадим с женой вывезли детей, а затем выехали сами. Покинув Горловку, они оставили позади все.

Несколько месяцев, пока семья жила за счет сбережений, Вадим ездил по Украине в поисках новых возможностей. И однажды получил интересный совет.

Его родственник услышал, что у Чернобыля продается дешевая недвижимость. Вадим поехал посмотреть заброшенное зернохранилище в селе Дитятки.

Здание на границе с зоной отчуждения было дешевым и находилось достаточно близко от Киева (115 км), чтобы использовать его для бизнеса.

«Крыша протекала, местные сняли с нее весь металл. Я встретился с владельцем, и мы заключили соглашение по низкой цене», — вспоминает Вадим.

Он купил хранилище за 1400 долларов, а затем еще три здания всего за 240 долларов, подсоединил их к электросети и начал бизнес по переплавке металла.

«Моя стратегия была в том, чтобы делать продукт из отходов. Первый год был сложным, но в последние два года стало намного лучше», — говорит мужчина.

Image caption Первый год был сложным, но в последние два года стало намного лучше, говорит Вадим

Вадим даже вновь взял на работу семерых бывших работников из Донбасса, предложив им жилье в хостеле, который он оборудовал в одном из домов.

«Я зарабатываю себе на жизнь и помогаю своим сотрудникам зарабатывать. В этом селе я крупнейший налогоплательщик. В конце концов, я украинец, и хочу помогать своей стране», — говорит Вадим.

Он говорит, что иногда думает о радиации. Даже купил себе карманный счетчик Гейгера для измерения радиационного фона.

Но он не очень переживает.

«Уровень радиации в атмосфере здесь ниже, чем в Киеве», — говорит он с уверенностью.

«После того, что видишь на войне, радиация — это мелочи. Чудо, что мы вообще выжили», — добавляет Вадим.

Он говорит, что ему нравится здесь жить.

Здесь не просто нет войны. В этом месте какой-то особенный мир. Близкие Марины и Вадима говорят, что любят долгие прогулки в лесной тишине.

Жизнь здесь может показаться слишком простой, но ни одна из семей не хочет переезжать в большой город, несмотря на то, что там у них было бы больше друзей и возможностей. После побега из хаоса войны им нужен покой.

«Меня не волнует радиация, — говорит Марина. — Меня волнует, чтобы над головами моих детей не летали снаряды. Здесь тихо. Мы хорошо спим и нам не надо прятаться».

Вадим говорит, что его жена Елена иногда сравнивает зону отчуждения с искалеченной войной Горловкой. Но есть одно важное отличие — здесь, на границе зоны отчуждения, она верит, что у ее семьи есть будущее.

«Я чувствую, что мы потеряли все, — говорит Вадим. — Но сейчас, когда живем здесь, жизнь меняется к лучшему».

Внешние ссылки откроются в отдельном окне

    Внешние ссылки откроются в отдельном окне

    Покуда прокатчики готовятся к выходу осенних премьер, телевизионщики и специалисты по соцсетевому маркетингу бомбардируют летний медийный простор трейлерами будущих фильмов. Но не все рекламные продукты находят понимание у массового зрителя.

    Так, трейлер «Чернобыля» от российского телеканала НТВ, который эксплуатирует экстравагантную теорию заговора о подрыве ЧАЭС американским спецслужбами, люто невзлюбили многие посмотревшие. За первые сутки число лайков трейлера не превышает 4% от общего количества дизлайков.

    Пользователи вменяют в вину актёрам неправдоподобную игру — кто-то сравнивает мимику и пластику герое с известнейшим в Рунете мемом из телефильма «Яблоневый сад» производства российской компании «Вайт Медиа».

    «Игра актеров — уровень «Сватов», — возмущён комментатор Александр Викторович.

    «Паршивые декорации и реквизит из конца «десятых» годов. Подмосковная электричка с пластиковыми плафонами 2013 года. Ужасная игра актёров, бездарные диалоги. Бездарный английский. Дичайшее вранье про шпионов и вредителей», — кратко рецензирует трейлер взбешённый юзер GuffinMcGuffin.

    «В HBO наверное массово увольняются», — иронизирует Владимир Ш., сравнивая продукт НТВ с самым рейтинговым художественным сериалом года — и, на данный момент, всех времён.

    «Чернобыль» авторства Крейга Мазина и Юхана Ренка стал одним из главных событий мирового кино 2020 года, получив невероятно высокие оценки критиков и публики.

    Сразу несколько человек шутит, что новый российский тёзка американской ленты не получит выше 3,6 из 10 баллов рейтинга международной кинобазы IMDb — 3,6 рентгена было максимальным значением дозиметров, показанных в первой серии американского телепроекта.

    «3,6 — ни прекрасно, ужасно», — переделывают цитату и мини-фильма НВО комментаторы к трейлер НТВ, безжалостно выкидывая второе ни.

    За всё время поисков Би-би-си не удалось найти позитивные или нейтральные отзывы о российском трейлере.

    Помимо продукта НТВ до конца года должен ещё и выйти триллер-катастрофа «Тяжёлая вода» от одного из популярнейших российских актёров — Данилы Козловского — и продюсера Александра Роднянского.

    Сам Козловский по традиции сыграет одну из главных ролей.

    «Плачу от кошек»

    Ещё одна премьера конца года, трейлер которой разругали уже сейчас — старый-новый мюзикл «Кошки» со звёздным голливудским составом.

    Конец Youtube сообщения , автор: Universal Pictures

    На данный момент число лайков трейлера на YouTube колеблется около 38% от общего количества дизлайков.

    Наличие в актёрском составе таких звёзд, как Джеймс Корден, Джуди Денч, Тейлор Свифт, Идрис Эльба и сэра Иена Маккеллена не убедило публику.

    Пользователи считают, что вопреки изначальному замыслу авторов, кошачий грим и графические эффекты выглядят невольной отсылкой к фильмам ужасов.

    «Это я, когда прихожу на работу, прорыдав девять минут в машине», — издевается пользователь honey.demon в «Инстаграме» над кошачьим преображением дамы Британской империи Джуди Денч.

    Многие считают, что сказочная атмосфера мюзикла получилась такой, что дети скорее заплачут, чем порадуются.

    «Когда Тейлор Свифт пела: «Я буду актрисой, играющей в твоих кошмарах», — она пыталась нас предупредить», — не скрывает иронии Даниэль Уильямс.

    «Показал своему коту, и он отвернулся«, — пишут в аккаунте @easiIydiverted.

    «Добрый Гитлер»

    Совсем иначе отреагировали юзеры на трейлер осенней премьеры фильма «Кролик Джоджо» новозеландского комика и режиссёра Тайки Вайтити. Количество лайков превышает число дизлайков на YouTube более, чем в 13 раз.

    Конец Youtube сообщения , автор: Movieclips Trailers

    Вайтити решил снять фильм про маленького мальчика Йозефа Бетцлера, которого близкие прозвали Джоджо. Он — член нацистской молодежной организации «Гитлерюгенд», но товарищи его прозвали «Кролик» за трусость.

    Ему начинает являться его воображаемый друг — несообразительный, но незлобный «Адольф Гитлер» в исполнении самого Вайтити.

    По мере «общения» с героем из своего воображения мальчик всё более проникается желанием сопротивляться нацизму.

    Режиссёр, наполовину этнический маори, наполовину русский еврей, объяснил, что его гротескная комедия посвящена поиску фигуры отца в детстве.

    «Это кино напоминает мне о «Смерти Сталина», и это хороший знак», — радуется в предвкушении Рой Блекман.

    Официальный аккаунт фильма в «Твиттере» называет ленту «сатирой против ненависти». Возможно, это поможет ей получить прокатное удостоверение в России легче, чем упомянутой комедии британского режиссера Армандо Ианнуччи «Смерть Сталина». Фильм столкнулся с огромными проблемами при выходе в прокат в России.